|
- Может, и не откажутся. Но пока они не предлагали нам ничего похожего. - Возможно, они считают, что первый шаг должны сделать мы. Ведь это их страна. - Было бы куда проще убраться подобру-поздорову. - И вернуться, вооружившись напалмом? Это Лондон, Эндрю! Я хочу согреть мою королеву, а на зажарить ее. - Значит, парламентер. Зиггури? Думаешь, он справится? - Нет, не Зиггури. И вообще никто из наших. - Ты думаешь, что я сгожусь для этого? - медленно осведомился Эндрю. - Убедить их удастся только тебе. - Убедить? - Да. Что у нас мирные намерения. Что мы хотим оказать им помощь. Но я не прошу тебя об этом, Эндрю. Разве что ты вызовешься сам. Я знаю, как это рискованно. Эндрю улыбнулся. На его облике лежала печать нечеловеческой усталости, лицо горело от начавшейся лихорадки. - От риска все равно никуда не денешься, - выговорил он. - Остается надеяться, что в этих местах все еще признают белый флаг. Глава 4 Он в одиночестве подошел к берегу, высоко подняв обрезок узкой трубы с болтающимся на кончике белым лоскутом. До самой набережной он не видел ни души. Потом из-за парапета ему бросили веревочную лестницу. - Лезь сюда, - велел голос с северным произношением. Наверху его встретили человек шесть. В их глазах читалось любопытство, смешанное с неприязнью. - Белый? - удивился главный в группе. - Там есть Другие белые? - Нет, только я. - Черномазые ублюдки! - прошипел рыжеволосый коротышка. - Хотел бы я... Человеку, говорившему с северным акцентом, было на вид лет пятьдесят - коренастый, седовласый и чисто выбритый, в то время как остальные заросли щетиной. Он повысил голос, и все разом умолкли. - Кто послал тебя к нам? Чего ты хочешь? - Меня направили для переговоров с вашим командованием. Оглядев Эндрю с ног до головы, коренастый проговорил: - Ладно. Пойдем. Рыжеволосого послали доложить о появлении парламентера. Остальные двинулись вместе с Эндрю вдоль набережной по направлению к Чаринг-Кросс. Их ноги то и дело вязли в снегу и скользили на льду. Потом они свернули к Нортамберленд-авеню. Деревья вокруг были по-зимнему голы, но все же их вид отличался от того, что остался у Эндрю в памяти, - видимо, они погибли от холода. Некоторые были спилены. Вдали показалась Трафальгарская площадь. - Осторожность не помешает, - сказал коренастый. - Завяжите-ка ему глаза. Эндрю завязали глаза куском материи, пахнущим машинным маслом, и повели дальше под руки. Он пытался сообразить, куда именно. Сперва они пересекли Трафальгарскую площадь по диагонали; дальше Эндрю утратил ориентировку. Ясно было, что они перемещаются приблизительно в направлении Пиккадилли-Серкус. Их дважды окликали, и провожатые давали невидимым встречным объяснения насчет Эндрю. Человек с северным акцентом старался отделываться краткими ответами. - Ступеньки! - раздалось по правую руку. - Осторожнее! Сперва они преодолели короткий лестничный марш, потом еще один, уже подлиннее. Эндрю почувствовал под ногами мягкий ковер. - Подождите здесь, - велел человек с северным акцентом. - Я посмотрю. Пока он отсутствовал, Эндрю успел сообщить своим стражам, что у него в кармане имеется пачка сигарет. |
