Я вышел на улицу.

Дождь лил с прежним энтузиазмом. Я влез в машину, завел двигатель и выехал на трассу. Город придавили низко нависшие тучи.

И все равно дождь скоро кончится.

И все равно, рано или поздно, Линкастл опять станет нормальным городом.

Но прежде кое-кому придется умереть.

Глава 13

Было пять минут четвертого. Я остановился у бара, прикрыл лицо платком и прошел в телефонную кабинку. Посетители сгрудились в одном углу и о чем-то спорили. Никто не обратил на меня внимания. Я набрал номер полицейского управления. Капитана Линдса не было. Мне сказали, что ему можно позвонить домой, если дело действительно срочное. «Срочнее не бывает», — ответил я, и мне дали его номер.

Когда я услышал его голос, мне показалось, что со мной говорит очень усталый человек.

— Это Джони Макбрайд, Линдс. Тебе не надо ждать неделю.

Он сразу же проснулся.

— Что случилось?

— Серво мертв. Один из его подручных мертв. Его любовница мертва. Один из твоих копов мертв. Эдди Пэкмен присматривает за ними. У него сломаны обе руки.

Я тоже изрядно устал и еле ворочал языком.

— Они на окраине города. В старом доме на берегу реки, недалеко от трассы. Перед ним машина Пэкмена. Ошибиться невозможно.

— Черт бы тебя побрал, что случилось?! — взорвался он.

— Ты полицейский. Подумай. Скоро еще кое-кто умрет. Если ты не сообразишь к этому времени, я все объясню тебе.

Он выругался.

— Линдс…

— Да.

— Ты узнал, кто находился в машине Логана?

— Да, мне недавно звонили.

— Это был парикмахер по имени Луц? Луц-Туц?

— Правильно… — Он явно удивился. — У него уехала жена, и никто не обращался в полицию по поводу его исчезновения. Его вычислили по штампу прачечной на белье. А как ты узнал?

— Я не знал. Это только что пришло мне в голову.

Но теперь я знаю, кто умрет до наступления сегодняшнего утра.

На том конце воцарилась тишина, поэтому я повесил трубку.

Теперь у меня были ответы на все вопросы. Кроме одного, самого главного. Но я нашел и его. И знаете как? В углу за столиком спала мертвецки пьяная блондинка. Крашеная блондинка с выбеленными, как у Кэрол, волосами. Это и натолкнуло меня на очень интересную мысль. Так бывает при складывании картинок из фрагментов: последний поворот, и все становится на свои места. У меня теперь имелись ответы абсолютно на все вопросы. Дело оставалось за малым: наказать виновных.

Около четырех я подъехал к дому. Я подошел к воротам и нажал на кнопку звонка. На этот раз на привратнике были не бриджи для верховой езды, а махровый халат, и он был зол, как тысяча чертей. Он открыл ворота, с полминуты изучающе рассматривал меня, потом потянулся к телефону.

Я ударил его рукояткой револьвера, оттащил в сторожку у ворот, уложил на кровать и заботливо укрыл одеялом до подбородка. В конце концов, он здесь только работал.

Потом я зашагал по вымощенной камнем дорожке к дому. В кабинете горел свет. Я нажал на кнопку звонка. Он открыл сам, но никак не ожидал увидеть меня. Он ждал кого-то другого, я догадался об этом по выражению, на долю секунды появившемуся у него на лице.

— Здравствуйте, мистер Гардинер. — Переступив порог, я резко захлопнул ногой дверь. — Я не слишком поздно?

Хэвис Гардинер облизал губы и коротко кивнул, приглашая пройти. Когда мы вошли в кабинет, я закрыл пинком и эту дверь. Он сел, а я остался стоять, прислонившись к косяку. Мне, наверное, больше никогда не захочется сидеть, тем более на стуле.