Казалось, что у автоматической Памелы осталось время немного отдохнуть. Но уже в шесть часов неумолимо зазвенел будильник, резко ворвавшись в холодную тишину лондонского утра. Несмотря на то что Памела никогда и ни с кем не поменялась бы работой, в этот момент ей очень хотелось уступить ее на время какой-нибудь сильной молодой девушке, а самой немного поспать.

К семи часам она была уже полностью готова, быстро приготовила себе чашку чаю, зная, что в пищеблоке всегда сможет раздобыть себе хлеб с маслом и кофе. Из дома она вышла, когда Марджери и миссис Райли еще спали.

По правилам компании, стюардесса должна быть в аэропорту за два часа до рейса. Впоследствии оказалось, что ей не нужно так много времени на приготовления. Все обязанности по подготовке полета стали для Памелы настолько привычными, что она выполняла все автоматически. Поэтому у нее оставалось время для разных мелочей, которые и делали ее хорошей стюардессой. Она всегда внимательно изучала список пассажиров, теперь иногда встречались знакомые имена. Памела заметила, что количество людей, летающих самолетами, постоянно растет и многие предпочитают летать с определенной компанией — им нравится, что их помнят и особенно тепло приветствуют на борту.

У экипажей тоже были свои слабости. Некоторым командирам нравилось самим проверять меню и провизию. Другие не хотели тратить на это время. Одни требовали от стюардесс, чтобы те приносили им чай регулярно, а для других кабина пилота была как капитанский мостик на корабле, где нельзя было появляться без особого приказа командира. Помимо обычных желаний вроде чая или кофе, с сахаром или без, мясо постное или жирное, бутерброд с ветчиной и горчицей или с бараниной или желе из красной смородины, у них были и другие. Но все без исключения считали, что их желания должны быть выгравированы в ее сердце.

И, насколько это было в ее силах, Памела старалась все для них делать.

Рейс в Каир оказался удивительно легким. Приятные пассажиры, с которыми ей удалось легко установить дружеские отношения. Две пары оставили ей адреса, пригласив навестить их, когда она будет в Каире. Смуглый молодой человек в сером осторожно поинтересовался, может ли стюардесса принять приглашение от пассажира. Она заверила его, что конечно нет и, проходя по салону, старалась побыстрее проскочить его кресло.

Самолет заправлялся в Риме, где было приятно и тепло. А Каир встретил их сухой жарой. Экипаж на этот раз был симпатичным и спокойным, почти все были женаты. По дороге из аэропорта мужчины обсуждали между собой возможность посещения «Уэйфарер клуб» — это заведение, как знала Памела, было предназначено исключительно для сильной половины человечества.

— Ты ведь не против, Памела? — спросил второй пилот. — Тебе не будет грустно и одиноко?

— Конечно нет, — заверила его девушка и, чтобы они не чувствовали себя неловко перед ней, добавила: — На самом деле, я….

— О, так у тебя свои планы, — с облегчением выдохнул второй пилот.

Памела кивнула. В другие планы входило помыть волосы, которые всегда становились тусклыми после замкнутого пространства самолета, начистить пуговицы и туфли, погладить форму. Все стали обсуждать приготовления к сегодняшнему вечеру, а Памела сонно качала головой, подпрыгивая на ухабах, по которым тряслась их машина.

На выезде из аэропорта их обогнал автобус, громко просигналил и унесся вперед, оставляя за собой шлейф пыли.

— Экипаж из Бейрута летит на запад, — заметил кто-то.

Все уставились в окна, чтобы разглядеть, нет ли в автобусе кого-нибудь из друзей, но тот уже почти скрылся из поля зрения. В отдаленных аэропортах происходили порой самые неожиданные встречи.

— Мы увидимся с ними в отеле, — сказал второй пилот. — Они тоже там ночуют.