— Нет, дорогая моя, мы как в той поговорке о лжецах, запутавшихся в собственных сетях. Мы связаны друг с другом и выбираться будем вместе. В отставку, во всяком случае, я не подам. Я хочу раньше узнать мнение руководителей Главного Лондонского полицейского управления.

Чиновники Скотленд-Ярда настолько привыкли к критике в газетах, что скучают, когда их обходят вниманием. Кроме того, между Главным полицейским управлением и газетой «Мегафон» были натянутые отношения. Однажды газета опубликовала секретный приказ полиции, чем воспользовался давно разыскиваемый глава преступников, и бежал за границу.

Энди получил распоряжение явиться в Скотленд-Ярд. После продолжительной беседы с начальством был не только реабилитирован, но и упрочил свое положение.

Вернувшись в Беверли-Грин, нашел письмо от Доунера с извинением. Это крайне изумило его, так как Доунер никогда так не поступал.

Когда мистер Нельсон узнал о содержании статьи, он взял свою трость и отправился искать Доунера и Уильмота. К счастью, никого не застал дома. Скотти пытался умиротворить его.

— Это возмутительно, Маклэд! — кричал он. — Я привлеку этих негодяев к ответственности! Лучше всего разбить им головы!

— Конечно, вы можете делать что вам угодно, — ответил Энди, — но меня вы поставите в крайне затруднительное положение, если выполните свое намерение. Я уж сам попытаюсь обезвредить этого Доунера. Он, наверное, опять заготовил на завтра статью, но, если я не ошибаюсь, она не будет напечатана. Утверждения газетных репортеров можно опровергнуть точно так же, как на суде разбивают доводы обвинителей. Нужно только поколебать их уверенность. А на Уильмота можно нагнать такой страх, что он не отделается от него всю жизнь.

Мистер Уильмот нашел в лице Доунера умного, рассудительного человека. Он уверил журналиста, чтобы тот остерегался знакомств. Доунер согласился с ним.

Доунер установил с Уильмотом хорошие отношения. Они вместе ужинали в Беверли-Отель. Это было удобно для Доунера — телеграфная контора была рядом, а Уильмот избегал бывать в Беверли-Грин.

— Ваша статья немного резковата, мистер Доунер!

— Нет, не думаю, — равнодушно ответил Доунер, — это ставит молодую даму в неловкое положение, но мы вольны выражать свое мнение. Хотя я не думаю, что она знает подробности убийства, поведение ее было довольно странным.

— Я тоже так думаю. Но я хочу, чтобы никто не знал, что это я дал вам информацию. Вы ведь свято обещали, что не упомяните моего имени.

— Можете быть вполне уверены. Я слишком осторожен, чтобы компрометировать вас. Вы мне еще ничего не рассказали о своей частной жизни. Я хорошо понимаю, вы слишком скромны и застенчивы, чтобы раскрыть свою душу, но я полагаю, молодая дама не слишком хорошо относилась к вам.

— Это так, но не будем об этом говорить!

— Ладно.

Они пошли в Беверли-Грин по дороге, значительно удаленной от дома Нельсона. Доунер стал нетерпелив. У него был целый ряд фактов, на которые требовалось разрешение Уильмота, чтобы отправить статью в газету. После, когда все нити преступления будут у него в руках, он не будет ни спрашивать разрешения у него, ни считаться с его мнением.

Хотя Доунер и спешил на телеграф, он согласился подняться в комнату к Уильмоту. Они оказались в той же комнате, в которой был Энди, когда увидел шляпу на столе. Уильмот говорил правду, что никто из слуг не смеет заходить в его комнату, которая постоянно была на запоре.

— Садитесь, пожалуйста, — сказал Артур, зажигая свет. — Стул напротив будет вам удобен. Хотите чего-нибудь выпить?

— Нет, благодарю вас. У меня еще много работы. Кстати, расскажите о молодой даме. Я должен написать продолжение вчерашней статьи.