Сожалея, что ей так и не удалось настроиться на одну волну с женихом, Мари промолчала. Прижавшись к груди Кристиана, вдохнув его запах, она впервые не нашла в этом успокоения. Но стоило ему просунуть руку под ее свитер, как нежные, горячие ласки сразу вернули Мари былые ощущения. Его жаркие губы покрыли поцелуями ее тело, шепча слова любви, в которых постепенно растворялись обиды и сомнения. Желание внезапно охватило Мари, и, закрыв глаза, она решила подарить себе это хрупкое перемирие и думать только о наслаждении, которое так щедро расточал ей Кристиан.

Уютно устроившись перед письменным столом, на котором лежала пустая картонка, Морино приканчивал пиццу «Вулкан» на четыре персоны. Однако звук открывающейся входной двери скоро положил конец его чревоугодию. В проеме показался Никола. Застигнутый врасплох, полицейский сердито спросил:

— Что ты здесь забыл?

— Нужно поговорить с Переком, — произнес паренек, с виду очень взволнованный.

Голос Никола моментально поднял врача на ноги. Он завопил что было мочи:

— Вот дерьмо! Мало ему спать с моей женой, он еще и сюда явился!

— Шанталь меня любит! Вы должны это понять! Она хочет жить со мной, и бесполезно этому препятствовать!

Ошалев от ярости, Перек вцепился в решетку камеры.

— Мерзавец! Дай мне только выйти, я заставлю тебя заплатить за все!

— Вы ей больше не нужны, ничего вам не сделать!

— Я уничтожу вас обоих! Убью!

Вначале растерявшийся Стефан не без труда одолел Никола и вышвырнул его за дверь, закрыв ее изнутри. За решеткой продолжал буйствовать Перек, угрожая смертью и еще худшей карой своей супруге и ее дружку. Морино подошел к окну. Никола как раз садился в машину любовницы.

Шанталь обняла паренька, стараясь его успокоить. Никола трясло от злости, он поклялся, что никогда этот человек больше не подойдет к ней, никогда не поднимет на нее руку! Жена врача, не утратившая величавого спокойствия, оглянулась на окна.

— Тише, Нико, доверься мне. Обещаю: мы исполним все, что задумали.

В здании жандармерии погасли огни, если не считать слабеньких голубоватых лампочек безопасности. Сквозь зарешеченное окно в камеру проникал лунный свет, падая на неподвижную фигуру Перека, вытянувшегося на кушетке лицом к стене. Стефан Морино дремал, откинув голову на спинку стула. Запор входной двери начал поворачиваться, медленно и бесшумно. Щеколда приняла нижнее положение, и дверь приоткрылась…

Ранним утром, когда в комнату робко скользнули первые лучи солнца, а Кристиан и Мари, обнявшись, мирно спали, раздался телефонный звонок. Стряхнув со вспотевшего лба волосы, Мари сняла трубку. Сначала она ничего не услышала из-за крика, потом ее лицо омрачилось.

— Тише, Стефан, зачем же так орать! Не понимаю… Что? Да успокойтесь же! Еду!

Она набрала в легкие побольше воздуха и начала медленно его выдыхать — так ей обычно удавалось восстановить душевное равновесие. Взглянув на Кристиана, который даже не шевельнулся, Мари стала осторожно выбираться из постели, стараясь его не разбудить. Но тут из-под одеяла высунулась рука, Кристиан обхватил ее за талию и с силой притянул к себе. Мари начала шутливо отбиваться, но тот не отпускал, И ей пришлось рассказать о звонке Морино, просившего о помощи.

— В чем дело? Пусть твой дурацкий сыщик сам разбирается!

Грубость жениха огорчила Мари, она поцеловала его в лоб и сказала, что это крайне важно и ей все-таки придется уйти. Кристиан с надутым видом отвернулся к стене, проворчав, что будет спать до обеда.