— Ладно, — только и сказал он.

День был испорчен. Мелвин понял, что единственное, что поднимет ему настроение, так это мастурбация в ванной. Он уже почти вышел, когда Гвинет окликнула его.

— Как ты думаешь, чей он?

— Что?

Она держала череп в руках и пристально смотрела на него.

— Чей череп?

Во всем мире не было ничего, что бы волновало Мелвина меньше.

— Я не знаю. Выглядит слишком большим для енота или опоссума. Возможно, собачий.

Её глаза продолжали сверлить его.

— Или свиной…

2

Мелвин действительно неистово мастурбировал в ванной перед уходом. Это было безумное, почти сводящее с ума освобождение, полное тоски и обиды. В своем воображении он видел, как шлепает ее по попке. Внезапно Мелвин превратился в большого сутенера-рэппера, любящего криминальную житуху. Его имя будет Биг Мэлви Пи или, может быть, Рэп Дэдди Эм., который является «слишком крутым для тебя, детка». И если вы застанете Мелвина на сцене преступления, и если вы доебётесь до него, он быстро вам сломает «целку» в заднице своим «Калашом». Да, сэр, Рэп Дэдди Эм. некисло «раскрутился», и конечно, все самые горячие сучки в городе выстроились в очередь, чтобы работать на него на улице, однако его топовая «давалка» Гвинет крутит ему яйца и, понимаете, она что-то скрываете от него. Hо Рэп Дэдди Эм. был мудр, чувак, чтобы такое дерьмо легло на его сутенерские плечи. Большие сиськи белой сучки покачнулись, когда его большая черная рука треснула ее прямо по ее белому, как лилия, лицу. «Я отмудохаю тебя, сучка!» — прогремел его ужасающий голос. — «Йо, тебе не провести Рэпа Дэдди Эма. Ты въехала»? ШЛЁП! Ее сиськи снова покачивались, соски торчали, как гребаные свечи зажигания. «Я была плохой девочкой, Рэп Дэдди Эм!» — визжала она на коленях перед ним. «Мне нужно только немного любви от Рэпа Дэдди Эма! Позволь мне лечь под тебя! Дай мне свою большую лакричную палочку!» — а потом эти убийственные белые бедра были раздвинуты перед ним, a «ириска» уже была вся горячая и готовая. Кто этот ЧУВАК, йо? Круче любого дерьма-да! Угу-эх!

Эта фантазия обеспечила выдающийся оргазм, остаток которого Мелвин с тревогой спустил в промежность пары ее трусиков, которые он нашел в корзине в ванной. Ну, как тебе это нравится, сучка? Называешь меня чудаком? Называешь меня застенчивым, беззащитным и неуверенным? Смеёшься надо МНОЙ? Ну, так вот. Как тебе это нравится?

Мелвин поистине нафаршировал «кремом» трусики — красивые, вычурные, нежно-голубого оттенка, кстати — и бросил их обратно в корзину. Потом застегнул молнию, вымыл руки и…

Последствия этого события заставили его задуматься. Он пристально посмотрел на себя в зеркало и понял: это так… нехарактерно? Не мастурбировать, что он делал чрезмерно, а фантазии, которые он вызвал. Мелвин не был жестоким человеком. Он ненавидел насилие любого рода и никогда не находил его эротическим или стимулирующим. Так почему же у меня был лучший оргазм в моей жизни, когда я фантазировала, что избиваю тупую Гвинет?

Это обеспокоило его.

Я просто разозлился, потому что она — сногсшибательная сучка, — он вздохнул и ушел из ванной. Однако ему пришло в голову кое-что еще.

Перед отъездом Мелвин решил кое-что проверить.

Он зашёл в кладовку и открыл свой ноутбук. Он не скачивал музыку из интернета, но иногда он слушал её онлайн.

Я разве выходил вчера в сеть? — задался он вопросом, к своему сожалению, он так и не вспомнил. — Может быть, я забыл выйти из сети? — но, когда он проверил, это было не так.

Хммм…

Он явно помнил, что прошлой ночью не слушал ни музыку, ни радио.