|
Ллайса попыталась всмотреться в то место, но ее отвлек другой, более яркий отблеск, сверкнувший совсем в другой стороне. А следом еще один, и еще, десятки, сотни и тысячи огоньков разгорались вокруг, и только что недоумевавшие гости дружно ахнули. Огромный зал, открывшийся их взглядам, оказался действительно садом. Вот только росли здесь не цветы, а кристаллы самых разнообразных форм и размеров. Одни, словно раскидистые деревья, тянулись вверх и в стороны, другие стелились по каменному полу, образуя вокруг первых сияющие островки и затейливо петляющие дорожки меж ними. Некоторые друзы, по внешнему виду больше напоминающие колонии кораллов, оккупировали неровные, словно специально грубо отесанные стены и, цепляясь за оставленные предусмотрительными «садовниками» выемки, цепким плющом упорно карабкались вверх, на огромную высоту, будто желая добраться до своих сородичей, ровным игольчатым ковром покрывающих сводчатый потолок. И все это полупрозрачное великолепие сияло и искрило, разбрасывая вокруг радужные блики. Зрелище было настолько потрясающим, что пришедшие в сад четверо гостей лишь спустя четверть часа смогли сбросить охватившее их восхищенное оцепенение и заговорить.
Когда, наконец, иссякли восторженные охи и ахи, от которых не смог удержаться и Т’мор, прежде видевший подземный сад лишь в изображениях, найденных им в подземельях Аэн-Мора, Джорро, быстрее всех пришедший в себя, вздохнул. – А почему там так темно? Чем кристаллам не приглянулась эта стена? – поинтересовался он, кивнув в противоположную от входа в зал сторону. – А идем, посмотришь, – неожиданно усмехнулся Т’мор, сумев, наконец, справиться с наплывом чужих эмоций, наложившихся на его собственное восхищение этим местом. – Идем-идем. Арн решительно шагнул вперед по одной из дорожек, петляющей меж островками кристаллов, усеивающих подножие своих гигантских собратьев. И гостям арна не осталось ничего иного, как в очередной раз следовать за своим неугомонным проводником. Оказавшись в нескольких метрах от черной стены, Джорро, как и тан Грим вместе с Ллайсой, поняли, что ошиблись, приняв пелену тьмы, выросшую перед ними, за обычную стену. А когда Т’мор совершенно спокойно шагнул в эту темноту, растворившись в ней, словно кусочек сахара в горячем ллиале, поняли, что ошиблись во второй раз. – Ну же, чего застыли? – Голова арна, вынырнувшая из темной пелены, заставила его гостей дружно отпрянуть. Т’мор разулыбался и довольно захихикал. Миг и, сграбастав в охапку Асси, арн вновь исчез за темной пеленой. Тор и рисс переглянулись, закрыли глаза и, на всякий случай, набрав в легкие побольше воздуха, дружно кинулись в темноту, чтобы почти тут же быть пойманными арном. Но уже по ту сторону пелены. Гости открыли глаза и расстроенно вздохнули. Темень. Снова темень, хоть глаз выколи. – Не стоит так печалиться. – Голос Т’мора оставался по-прежнему веселым. – Тан Грим, не ошибусь, если у вас найдется что-нибудь вроде фонарика, а? – Есть, конечно. – В темноте было отчетливо слышно, как тор пытается на ощупь найти необходимый артефакт, перебирая многочисленные побрякушки, которыми был буквально увешан его широкий пояс. Наконец, тан Грим довольно хмыкнул, и в воздухе над головами гостей завис небольшой рой довольно ярких светлячков. – Отлично, тан! Отправьте их под потолок, так будет лучше видно, – скомандовал Т’мор, пока его спутники пытались проморгаться от яркого света, внезапно возникшего в кромешной тьме. Как ни странно, утирающий бегущие из глаз слезы, почему-то не предусмотревший такого поворота, тан тут же послушался арна, и светлячки взмыли выше, равномерно освещая вторую половину сада. Проморгавшиеся гости только и смогли, что сдавленно охнуть, увидев, куда они попали. |
