— Со мной, — едва слышно шепчу я.

— Именно.

— Получается, что я умерла.

— Да. Ты умерла, поэтому я пытаюсь изменить эти видения. Что-то случилось с ними или с тобой, я не знаю. Но ты умрёшь и довольно скоро, Флорина, если я не придумаю, как это изменить. Поэтому дай мне продолжить.

Томáс тянет ко мне свои руки, но я отпрыгиваю от него к кровати.

— Нет. Нет, — отрицательно мотаю головой, быстро соображая. Что-то мы упустили. Что-то очень важное и значимое.

— Флорина, я сам не в восторге от всего этого. Мне тоже хреново и я…

— Что ты изменил? — выпаливаю я, серьёзно глядя на Томáса.

— Что?

— Что ты изменил, Томáс? Ты что-то изменил, вероятно, свои мысли и планы. Что-то в тебе изменилось, и это случилось в тот день, когда ты сел в мой самолёт. Ты начал думать или действовать иначе, чем раньше. Это могло привести к изменению твоих видений. Тебе нужно сопоставить своё поведение, мысли, планы тогда и сейчас. Что? Что ты изменил?

Томáс хмурится, обдумывая мои слова. Он долго молчит, а моё сердце от волнения готово выпрыгнуть из груди. Томáс влияет на моё будущее, как и на своё, при этом у него есть шанс увидеть последствия своих действий. Это своего рода предупреждение и подсказка для брачных пар, как спасти друг друга от вымирания. Так работает природа на нас. И Томáс явно что-то сделал.

— Я не должен вмешиваться, — медленно произносит он. — Мне нельзя вмешиваться в события, которые сейчас происходят. То есть мне нельзя убеждать тебя в том, чтобы ты выжила, потому что ты и так выживешь. Когда я решил спасти тебя, помочь, разобраться в твоей проблеме и влез в ход событий твоей жизни, то всё изменилось. Какая глупость. Выходит, что мне нужно просто наблюдать, как ты себя убиваешь.

— Выходит, что так. Или же я сама найду причину не убивать себя, — киваю ему. — Значит, мы должны прекратить этот ритуал.

— Ты вернёшься на Аляску, — уверенно добавляет Томáс, словно не услышал меня.

— Вернусь?

— Да-да, ты вернёшься на Аляску. Ты будешь там вместе со мной. Будешь живой и вампиром. Ты вернёшь свой облик и силу, а затем приедешь ко мне. Я уверен в том, что события, которые я видел с момента твоего прибытия на Аляску, должны происходить именно там. Потому что я чувствовал себя дома. А на Аляске мой дом. Ты была в моей комнате, в моей постели, только кровать была другой, вероятно, я её сменил. Ты вернёшься ко мне, если я улечу и буду ждать тебя там. Если я снова буду вести себя так, как раньше, и думать то, что думал прежде, то ты выживешь. Если я буду пытаться тебя спасти или спрятать, или ещё как-то влезу в твоё состояние, то ты точно умрёшь.

Томáс резко вскидывает голову, и его чёрные вампирские глаза наполняются алой кровью.

— Так, что ты задумал? — напряжённо шепчу я.

— Закончить то, что начал. Ложись на кровать, животом вниз. Я закончу тебя обтирать, а затем соберу вещи и уеду. Я знаю, что делать, — улыбнувшись, Томáс подходит ко мне, затем так и не дождавшись от меня каких-то действий, толкает меня на постель.

— Эм… Томáс, нам же наоборот…

— Я сказал — ложись на эту грёбаную кровать животом вниз, Флорина. Живо, — рычит он.

— Хорошо, — пискнув, я быстро забираюсь на кровать и делаю так, как он сказал. Что-то мне подсказывает делать всё, что он сейчас задумал. Томáс явно понял логическую цепочку своих видений. И я уверена, что между нами ничего не будет, потому что я не вампир. А в его видениях…

Когда Томáс капает на мою спину маслом, то я вздрагиваю от неожиданности.