– Что за чертовщина здесь случилась? – возмущённо и шокировано шепчу я. – Здесь, что, Снежная королева кончила?

Томас оборачивается ко мне и осуждающе выгибает бровь.

Я поджимаю губы. Я действительно говорю всё, что у меня на языке. Поняла поняла, я хреновый разведчик и шпион.

– Ну как? Нравится? – у меня за спиной появляется Жозефина.

– Это ты здесь устроила этот… снежный… хаос? – медленно спрашиваю её.

– Я? О о о, нет, я…

– Жозефина, дальше мы сами разберёмся, – обрывает её Томас.

– Хм, я думала, что ей понравится. Столько труда вложено, – печально вздыхает Жозефина.

– Мне… ну… странно, – кривлюсь я. Что за хрень?

– Томас так старался. Он…

– Боже, Жозефина, встретимся позже, – Томас подлетает к ней и выталкивает старушку за дверь, громко хлопая дверью.

– Это ты сделал? – уточняю я.

– Нет. Я буду в библиотеке. Там и посплю.

Томас выскакивает за дверь, сбегая от меня.

Охренеть. Просто охренеть. Что они сделали с моей комнатой? Они покрасили её в белый, но не в ослепительно белый, а в холодный белый. И всюду расставлены цветы. Я в жизни столько цветов не получала. Они, правда, везде. На полу, на кровати, на тумбе, в вазах повсюду. И я инстинктивно хочу скривиться, сказать, как противно здесь пахнет, но… взамен этого приходит ужасающее и шокирующее меня разочарование в себе. Никто и никогда не заботился особо обо мне, только Рома и Стан, но по понятным причинам, они не могли быть со мной всю мою жизнь и каждый час. Даже не припомню, чтобы мне дарили цветы, я их ненавидела. Но на самом деле я их жаждала и убедила себя в ненависти, чтобы как то оправдать всех вокруг и то, что у меня ничего нет. И вот я стою в невероятной красоте, которую для меня подготовили, и утопаю в чудовищной боли.

Опускаюсь на колени и касаюсь лепестков пальцами. Они такие нежные и пахнут чудесно. На самом деле всё сделано чудесно, выбор мебели, цветов. Да господи, всё вокруг выглядит потрясающе. И мне неприятно признаваться себе в том, что мне нравится. Очень нравится. Это сделал Томас. Я уверена. Но зачем делать подобное для врага, если ты его не любишь? Зачем придумывать нечто романтичное и нежное, если всё фикция? Да да, я сейчас думаю со своей позиции, как думала раньше. И вывод один – незачем. Человек, которому я безразлична, никогда бы не вложил столько труда в одну комнату, причём запомнив даже цвет моего дня рождения.

И снова слёзы капают из глаз. Но я хочу себя оправдать, мой друг, я не знала. Я настолько уже перестала всем верить, что просто не могу переступить эту черту. Воспоминания очень свежи. Это я виновата, да? Я, действительно, подставила Томаса? Я разрушила всё? Опять я?

– А что ты здесь делаешь? – доносится до меня голос Жозефины, и я замираю.

– Мне нужно немного отдохнуть и побыть в одиночестве, – вяло отвечает Томас. Я закрываю глаза и нахожу их мысленно. Они в библиотеке, которая расположена не так далеко отсюда. Я всё могу слышать.

– Что случилось? Мы проиграли?

– Нет, Жозефина, твой вклад был самым важным. Уверяю тебя, что мы выигрываем, но предстоит сделать ещё очень много, и поэтому я должен уйти.

Капли дождя ещё сильнее стучат в окно, словно настаивая на задержке Томаса здесь.

– Хм, это глупо уходить в такую погоду. Ну что за вид, Томас? Ты словно не спал пару ночей.

– Я не сплю пару месяцев, – с горечью в голосе хмыкает он. – По двадцать минут в день, максимум час. Я просто устал. Мне нужна передышка.

– Так почему бы тебе не принять ванну вместе с женой? У вас прекрасная комната, ты так всё красиво устроил, Томас. Флорине ведь понравилось, да?

– Она в восторге.