– Вот и хорошо. Теперь ты осознаёшь, что я опасен для тебя? Если я открою рот, то вам… я всё испорчу, Русо. Мне нельзя наверх. Я сболтну лишнего, с Наимой уже было такое. Я сделал это. Я сказал ей, что они все умрут от твоей руки, и Томас тебе поможет. Тогда и Томасу было туго. Я подставил всех вас. Прости. Я не могу выбраться наверх. Лучше остаться здесь, – шёпотом добавляет он.

У меня в голове не укладывается, что Томас помогал Стану. Это просто невероятно. И я считаю, что здесь не всё чисто, но Стан… он верит им. Верит. Но почему? Я даже спрашивать не хочу его об этом. Я не смогу услышать то, что требует сказать Томас. Я всё ещё считаю, что он руководит его сознанием, как кукловод марионеткой.

– Томас обратил их.

– Что? – Я пытаюсь выбраться из рук Стана и выпрямиться, но Стан прижимает меня сильнее.

– Дай мне ещё минуту. Ещё немного, – бормочет он, потираясь носом о мою шею.

Я замираю, позволяя ему это.

– Я обратил их, – едва слышно шепчет Стан.

– Кого?

– Рэндольфа, Михея, Брита и Майди. Они выбрали это сами, чтобы защищаться. Они успели спрятаться. Они с твоим кланом, Флорина. Они живы. Они должны были добраться до крупных ковинов и сообщить им, что происходит, и ни на что не реагировать, даже бороться с твоим призывом. Это ловушка. Их убьют.

Что? Флорина? Стан снова скачет в использовании моего имени. Но также… боже, это всё правда?

– Русо, Стан. Ты же всегда…

– Флорина, – я слышу улыбку в его шёпоте. – Я ненавижу, когда тебя называют Русо, словно ты это он. Этот ублюдок. И я убью его для тебя. Я постараюсь, обещаю.

– Хм, мой отец мёртв, – недоумённо напоминаю я.

– Русо? Я знаю, что твой отец мёртв, – Стан ослабевает хватку, но потом снова притягивает меня к себе и довольно крепко. – Я должен тебя предупредить, Русо. Я опасен для тебя. Иногда я вижу глазами Томаса, и видения… они не исчезли. Он всё знает. Я видел тебя на троне одну. Только одну. Ты была там. Ты выиграла. Поэтому я не могу быть рядом, Русо. Не могу. Я облажаюсь, потому что внутри меня это дерьмо. Я не могу… мне так жаль, что я не пройду с тобой этот путь. Так жаль. Они узнают… нельзя. Они узнают, что Томас… тебе будет плохо. Я не могу подвести тебя. Мне жаль… мне так жаль. Я не могу защитить тебя от них, Русо.

– Всё хорошо, Стан. Всё хорошо, – шепчу я, гладя его по волосам.

Он всхлипывает и раскачивается вместе со мной. Я чувствую, как моё плечо становится мокрым от слёз Стана.

– Всё в порядке. Правда. Главное, чтобы ты был здоров. Мы справимся, – убеждаю его.

– Я так люблю тебя… господи, – Стан зарывается лицом в изгиб моей шеи. – Так люблю… я не планировал, понимаешь? Я не верил. Но когда я… увидел… узнал… Флорина, прости, но я, кажется… так люблю.

Мой пульс повышается, а желудок словно сжимается от этого горького признания.

– Мне он нравился. Рома никогда не был плохим для меня. Я пытался его ненавидеть за то, что он убил моих братьев и сестёр, но он сотню раз просил у меня прощения. Он был так раздавлен приказом Русо. Рома отказывался говорить мне правду… но сказал её перед смертью. Мне было больно… думаешь… ты думаешь, что я не чувствовал твою боль? Ты думаешь, что я спокойно стоял там и смотрел, как ты умираешь и ползёшь к тому, кто любил тебя, как отец? Прости меня. Прости… Флорина, я не хотел его убивать. Я не собирался.