– Идеально. А теперь фата, – схватив тонкую органзу, переливающуюся вшитыми мелкими камнями и гипюром, он закрепляет фату у меня на макушке и словно отец любуется мной.

– Русо был бы счастлив сегодня, – говорит Радимил.

– Папа? – хмурюсь я.

– Да, твой отец, Флорина. Он не особо возлагал на тебя надежды. Ты же была тринадцатым ребёнком. Но он надеялся, что тебе удастся хорошо пристроиться к какому нибудь мужчине, который позаботится о тебе. И как всё интересно вышло. Ты последняя из рода Монтеану и прекрасно устроилась. Ты выходишь замуж за самого сильного вампира в истории, Флорина. Ты должна гордиться собой. Ты достигла своего максимума.

Стискиваю зубы от откровенных оскорблений. Радимил не особо уважает меня. Хотя он не уважает, вообще, женщин. Я не раз слышала, как он говорил нас, как о мясе, как о плодовитых кобылах и слугах для мужчины. И, конечно, он молчал, когда мама приказывала ему что то, но по его виду всегда было понятно, что она ему противна. Поэтому он зачастую уезжал, когда отца не было дома, или, вообще, старался не попадаться на глаза маме, а отправлял кого нибудь другого выполнить её приказ или передать ей новости от отца. В общем, он всегда был тем ещё мудаком. А тот факт, что он напялил на себя вещи Рома, присвоив себе его заслуги, бесит меня ещё больше.

– Вот так, пошли, Флорина, я проведу тебя в церковь. Все уже собрались. Ты будешь счастлива увидеть, что Томас сделал для тебя. А он не обязан был, ты же понимаешь. Но он достойный будущий король. И сегодня тебе предстоит короновать его. Ты обязана провести ритуал идеально, Флорина. Это новая история, и на вас будут смотреть, – подхватив меня за руку, Радимил ведёт меня по пустым коридорам, а мне приходится слушать его. Мне уже хочется искупаться и избавиться от его прикосновений. Но я молча иду рядом с ним.

– Ты же помнишь, что должна делать, Флорина?

– Выбрать Соломона, – выпаливаю я.

Радимил резко останавливается, и я вместе с ним. Он поворачивает меня к себе.

– Что ты сказала?

– Я должна сказать Томасу «нет». Унизить его. Выбрать Соломона, – как робот повторяю я.

– Вот же сучий ребёнок, – злобно шипит Радимил. – А я то думал, какого чёрта он решил лично отнести тебе украшения, которые выбрал для тебя Томас. Козёл мелкий.

Подавляю улыбку, наблюдая за возмущениями Радимила. А это на минуточку его сын. Мда, меня потрясает их отношение друг к другу. Реакция Радимила доказывает, что он желает, чтобы Томас стал королём, а не Соломон. Значит, Соломон действует против них. Или же это всё идеально поставленный спектакль.

– Так, послушай меня, Флорина, – Радимил берёт меня за плечи и встряхивает. – Не смей выкинуть подобную глупость. Томас твой король. Именно Томас. И ты забудешь, что потребовал Соломон, поняла? Ты здесь только для Томаса. Ты его вещь. Ты принадлежишь ему.

Вещь? Сукин сын. Я не грёбаная вещь!

Но мне приходится молчать, а клыки так и чешутся показать, что я на самом деле думаю обо всём этом.

– Ты войдёшь в церковь и будешь улыбаться. Ты скажешь Томасу «да», у нас полно гостей. Ты не посмеешь унизить Томаса. Ты поняла меня? Отвечай, – требует Соломон.

– Я войду в церковь и буду улыбаться. Я скажу Томасу «да», у нас полно гостей. Я не посмею унизить Томаса, – послушно отвечаю.

– Отлично. И ты коронуешь его. Я знаю, что ты бесполезна. Но ты должна знать, что делать, чтобы возвести Томаса на трон. Ты знаешь?

– Я знаю.

– Хорошо. И потом ты совершишь с ним наш обряд священного союза. Ты отдашься ему и с радостью исполнишь любую его прихоть. Ты поняла меня?

– Я поняла, – киваю ему.