– Если хочешь произвести на меня впечатление, перестань играть в эти глупые игры и научи меня использовать тень, силу которой мы разделяем. – Он заколебался, обдумывая мои слова. – Если только ты не боишься меня. – Я позволила своим губам растянуться в легкой улыбке и с вызовом приподняла бровь.

– Ты создала идеальную версию Нур. Бьюсь об заклад, даже Келум поверил бы, что она настоящая.

– Он бы сразу все понял. Его сердце не обманешь.

Анубис ухмыльнулся, как шакал.

– Прекрасно. Давай проверим, насколько ты сильна.

Мы вышли из пирамиды, прошли по широкой тропинке, пока не оказались на берегу, к которому когда-то причалили. Корабль Анубиса неподвижно стоял, уткнувшись носом в песок.

Темный бог указал на море.

– Мы оба знаем, что ты могла бы создать монстра, поднимающегося из водных глубин, но можешь ли ты контролировать само море?

Лежавший передо мной водоем терпеливо ждал, затаив дыхание. Возможно, он ни разу не вздохнул, пока мы были здесь, и теперь отчаянно нуждался в свежем, живительном воздухе. Я могла чувствовать длину, ширину и глубину моря, ощущала землю, которая держала его, как миска молоко.

Океан был соленой сиреной, а море – неуклюжим чудовищем.

Что-то древнее таилось в его темной воде.

– Начни с малого. Создавай волны, – предложил Анубис.

Создать волны. Я вспомнила воду в первозданном источнике, как она била и пенилась, а волнистые гребни поднимались и опускались над ее серебристой поверхностью. Я велела своим теням превратить темную воду в оловянную и заставить все море бурлить от злости, как бурлило мое сердце.

Я почувствовала вкус чистой, необузданной энергии, такой же яркой, как солнце, и такой же животворящей, как луна. Такой же первобытной, как остатки, превращенные в бассейн в Доме Миражей.

Моя сила скользнула по поверхности воды, осветляя ее так, чтобы она соответствовала остатку, хранящемуся в доме темного бога. Затем само море взревело. Образовалась первая широкая рябь, распространяющаяся от центра к берегам. Рябь эта превратилась в волны, которые вскоре ударялись о песок у наших ног. Созданные с помощью возмущенной, ненасытной ярости, запертой в моем сердце, волны росли, пока не стали выше окружающих нас пальм.

Что-то внутри меня было более ненасытным, чем волк, все еще копошащийся под моей кожей. Что-то жаждало поглотить того, кто стоял на пути к столь желанной для меня жизни.

Анубис внимательно следил за моими действиями. Он повернулся, настороженно нахмурив брови.

– Великолепно.

В одно мгновение я позволила всему этому исчезнуть: волны перестали пениться, по воде больше не бежала рябь, а серебряный цвет испарился. За считаные секунды море стало таким же, каким было до того, как я использовала свою силу.

– Ты повелеваешь тенями иначе, чем я, – признал бог смерти.

Я повернулась к нему, нахмурив брови.

– В чем именно различие?

– Я изменяю то, что видят остальные. Я дурачу умы. Ты же изменяешь саму субстанцию, меняешь материю.

Значит, Анубис действительно создает иллюзии…

Темный бог указал на небо.

– Полагаю, ты даже можешь стереть мрак, который я распространил по Землям Теней.

Уверенная в своих силах, я посмотрела наверх.

– Не надо, – резко предупредил Анубис.

Он бы не обрадовался подобному, верно? Тогда его королевство будет зависеть от света Сол и Люмоса.

– Когда ты вернешь свое место среди богов, разве тебе не придется воссоединиться с ними, чтобы озарять эту землю? – спросила я.

Анубис покачал головой.