|
Бедром Берон раздвинул мои ноги, и когда он снова сдвинул нас с места, огонь, о котором он говорил, ожил в моей груди.
Внизу моего живота.
В тот момент, в танце наших разгоряченных тел, я хотела его.
– Берон! – окрикнул кто-то резким голосом.
Я медленно отодвинулась, увеличивая расстояние между наглым Волком и мной.
– Мама, – ответил он с досадой.
– Мне нужно с тобой поговорить… и разговор этот продлится до конца вечера, – со злостью прошипела она, пронзая меня взглядом.
Я обмахнулась рукой, словно веером.
– Мне нужен стакан воды. Спасибо за танец, Волк… – и я оставила его наедине с матерью, которая, как я была уверена, устроит ему словесную порку. Я взяла стакан воды со столика у дверей и направилась к Холту и Чейзу, которые сидели за нашим столиком в углу.
На лице Чейза сверкала улыбка до ушей. Он покачал головой и тихо присвистнул. Холт поднял глаза с легкой полуулыбкой.
– Что?
Чейз приподнял брови.
– Что?! Ты серьезно?
– О чем ты? – спросила я, понятия не имея, что он имеет в виду.
– Этот танец… с Бероном, – пояснил он.
– Это гелиоанский танец, – просто объяснила я.
– Что ж, надеюсь, Нур будет устраивать много гелиоанских балов в комплекте с гелиоанской музыкой. Это же похоже на то, как двое совокупляются в танце.
От удивления у меня расширились глаза, и я сдавленно хихикнула.
– Совсем не похоже.
В поисках поддержки я взглянула на Холта, и его улыбка стала только шире.
– Все было настолько плохо?
– Плохо? – усмехнулся Чейз. – Это было восхитительно. Вы меня прям завели.
Холт бросил на Чейза взгляд, говорящий «Заткнись», но Чейз отказался слушаться.
– Да ладно тебе, Холт. Ты должен признать, что…
– Что он должен признать? – спросил Берон, нависая над столом.
– Ничего, – кашлянул Чейз. Он откинулся на спинку стула, улыбка исчезла с его лица.
Я сделала глоток воды. Потом еще один. Мое лицо горело. Кожа была горячей. Я обмахнулась рукой, словно веером. Еще несколько глотков.
Мой стакан быстро опустел.
Я резко встала и поспешила к столу за еще одним напитком, после чего выпила его так же быстро.
– Ситали? – заботливо спросил Берон у меня за спиной.
– Мне так жарко. – Я попыталась улыбнуться, но не могла думать ни о чем, кроме гнетущей жары.
Сол вернулась в Люмину? Была ли богиня поблизости? Я взяла еще два стакана и вышла из комнаты. В коридоре было гораздо свежее, но мне нужен был ветер Люмины, прохладный, залитый лунным светом песок и, возможно, море, чтобы погасить огонь, бушевавший внутри.
Берон последовал за мной, когда я пересекла коридор, прошла мимо двух охранников-люминанов, стоявших у пары двойных дверей, и спустилась по лестнице, которая уводила прямиком на песок.
– Успокойся, Ситали.
– Не могу.
Мне было так жарко. Так… неуютно. Мои руки крепче сжали стаканы с водой. Люмос сиял высоко над нами, рядом с ним мерцали предки Берона. Все на своих местах. Не было никакого жара, кроме того, что мы с Бероном произвели в танце.
Ветер играл моими волосами, пока я продолжала пить, опустошая сначала один стакан, а затем другой. Я бросила их на песок и подошла к кромке моря, сняла сандалии и вошла в воду.
– Ты впервые так разгорячилась?
– Я почувствовала это раньше, но не так сильно.
Он сжал губы в тонкую линию.
– Твое тело готовится к превращению. |