«Раут» отошел на второй план, но я надеялся, что он приблизит меня к убийце Софи. Неопровержимых улик, что этот человек связан с сайтом, не было. Я знал только, что под влиянием смутного или вполне реального страха Софи зарисовала дом и в компьютере подруги оставила адрес сайта. Вот и все. Я не видел четкой связи между нашим первым контактом с Сам и ее утверждением об угрозе и преследовании. Как и между тем, что я оказался в Париже, когда она вновь позвонила. Все было размыто, грань меж реальным и мнимым расплывалась, вселяя тревогу.

И все же я не мог избавиться от ощущения, что «раут» непременно все соединит, что нужный ответ ждет внутри дома. Получив доступ в мрачный особняк, я узнал лишь то, что один из его обитателей, музыкант-любитель, упорно терзает пианино.

Правда, теперь сайт знал о моем существовании. Лишь позже я задался вопросом, где отправитель записки взял мой электронный адрес.

Не важно, кто или что этот «Страж», контакт возник.

Я зашел на domoydotemnoty.net.

Сайт загружался медленнее обычного; либо так казалось из-за того, что знакомую картинку сменила ночная декорация. В окружении темных деревьев возник дом; под единственным источником света — клочком звездного неба, весьма рьяно мерцавшим над шиферной крышей, — желтели частокол и терраса с колоннами.

Весьма мирная сцена натолкнула на мысль, что я ошибся в характеристике дома: ночью он выглядел скорее деревенским, нежели загородным. Временами ухала сова, нарушая тишину.

Набрав пароль «балансбелого», я «прошел» по садовой дорожке и постучал в дверь. Она не открылась.

Я ждал, гадая, который там час. Темные, закрытые ставнями окна создавали впечатление, что обитатели дома отошли ко сну. Трудно вообразить менее гостеприимное место.

Меня же пригласили на вечер. Куда все подевались?

И тут я услышал музыку. Вновь очень тихую и неуверенную. Я вслушался в знакомую мелодию — кто-то в доме играл «К Элизе». Я понимал, что это всего лишь музыкальный эффект, но волосы на загривке вздыбились.

Зазвонил телефон. Я не сразу сообразил, где он звонит.

За решетчатыми ставнями верхнего окна вспыхнул свет. На оконный переплет упала тень, словно кто-то хотел ответить на звонок, но раздумал и стал взад-вперед расхаживать по комнате.

Я схватил трубку. Гостиничный коммутатор спрашивал, буду ли я говорить с Андреа Морелли.

26

Мягкое шуршание душа стихло. Затем раздалось тихое журчанье, природу которого она предпочла не угадывать. В уборной спустили воду. На всякий случай Сам повторила громче:

— Джимми?

Вновь никакого ответа.

— Линда? У тебя все нормально? — боязливо спросила Сам.

Молчание. Что-то не так.

Не спуская глаз с уборной, она медленно попятилась к двери. Под шелковым платьем нащупала ручку, но замешкалась, увидев оставленный на койке ноутбук.

Не успеть.

Сам нашарила выключатель и вырубила верхний свет. Через секунду исчезла световая полоска под дверью уборной. Сердце бешено колотилось; Сам повернула ручку. Та не поддалась — заперто на предохранитель.

— Господи боже мой… — выдохнула Сам, лихорадочно дергая ручку.

Открылась дверь уборной. На пороге возникла синяя фигура. Мокрая одежда создавала впечатление, что ее облили краской, но синеву придавали потолочный ночник и мертвенное сияние ноутбука, стоявшего на раковине.

— Что вам здесь надо?

За дерзкой атакой Сам прятала собственный страх. Лицо человека скрывали темные очки без оправы и низко натянутая купальная шапочка, поверх которой виднелись наушники с мини-антенной. Брови его были залеплены пластырем. Он походил на жука в спортивном костюме.

Это мог быть только Страж.