Поиск дома занял месяца три. Костя едва не согласился на обложенную кирпичом деревянную хибару на окраине Подлесного. Он предполагал, что банк может не одобрить его вынужденный выбор, хотя риелторы его убеждали в обратном, но Костю беспокоило другое. Жить в доме, который тебе не приглянулся даже со второй попытки, хуже, чем жить в двушке с отцом-инвалидом и сиделкой. Он отказался от этой затеи. Срок одобрения банком подходил к концу, а Костя не имел ни одного варианта. Не имел и даже не представлял, где его взять. Он объехал все близлежащие деревни и поселки, просмотрел кучу объявлений и причудливо пересекающиеся с ними предложения местных риелторов. И ничего. То дом мал, то комнаты, то потолки низкие, то окна узкие, то вид перед домом отвратительный, то соседи некрасивые. Костя и сам понимал, что это маразм какой-то. Его придирки ни в какие ворота. Если вид, окна и потолок можно отнести в строительную категорию, то конкурс красоты для соседей — это в категориях психических заболеваний. Но он успокаивал себя поговоркой «Покупаем не дом, а соседа». Поэтому то, что он часто видел у продающихся объектов, вызывало в лучшем случае грусть. Соседи были отвратительны как внешне, так и внутренне. У Кости сложилось такое впечатление, что это вполне себе самостоятельное племя, выращенное где-то на другой планете.

Но потом произошло чудо. Он нашел тот самый дом, который очень долго искал. А самое главное — по обе стороны от участка соседей не было. Он даже не спросил, почему оба дома пустуют. Его все устраивало. Кроме того, дом был чудесным и еще по одной причине — Костя не замечал его на протяжении двух лет, что проезжал на работу через Васильевку. А возможно, его действительно не было. Долго ли при нынешних технологиях возвести двухэтажный дом. В общем, Костю не интересовало прошлое этого дома, он собирался все начать сначала, и дом будет значимой деталью в его настоящем и будущем.

Это было предупреждение. Предупреждение не соваться в дом. И, надо полагать, оно было не от официальных представителей власти. Алексей решил не медлить. Твари боятся его, раз уж решили припугнуть. Когда появились Жанна с детьми, Леша едва не сдался. Твари знали его слабое место, вот и обратились близкими.

Страхов вышел из гостиницы в шесть утра и направился к автобусной станции. Минут сорок езды с одной пересадкой в Донском давали ему время еще немного подумать. Хотя времени подумать у него было с лихвой. Пять лет достаточно, чтобы распланировать дальнейшую жизнь не только свою, но и персонала с пациентами всей психиатрической больницы. Выйдя из застенков режимного объекта, он знал, что будет делать и куда пойдет, но каждый метр, каждый шаг, сделанный в сторону злосчастного дома, дарили сомнения. Лешу не страшила уголовная ответственность, его пугало до колик, до судорог в конечностях то, что он никогда не сможет вернуть свою семью. Он вспомнил последнюю встречу с двойниками в гостинице. Ухмылки, осы, рисунок дочери. Что он значил?

Тягостное ощущение от вечерней встречи было слегка разбавлено. Настроение не улучшилось, но легкость определенно пришла.

Алексей вышел при въезде в Васильевку. Решил пройтись пешком. Как подступиться к дому, он еще не знал. Пока надо было побыть где-нибудь поблизости. Первым на ум пришел Роман — сосед напротив, любитель «стрельнуть» сигаретку и понаблюдать в бинокль за соседями.