Удивительно, но обида ушла так же внезапно, как и появилась. Нет, она определенно шла на поправку. И в ее случае лекарство с названием «время» делало свое дело на пятерку.

Наташа достала замороженную лопатку и положила в раковину. Открыла кран и подставила под струю руку. Вода нагрелась быстро. Вряд ли в доме центральное горячее водоснабжение. Колонка — газовая или электрическая. Судя по тому что Наташа не услышала специфического потрескивания поджига и буханья загоревшегося пламени, колонка у них электрическая. Наталья закрыла кран и вновь открыла, ожидая все-таки услышать привычные звуки. Потом еще раз. Ни поджига, ни гула пламени она не услышала. Зато она слышала что-то другое. В момент выключения крана Наташа слышала шлепанье по ламинату. Босых ног или ладошек, неважно. Как будто кто-то бегал в гостиной. И самое страшное было в том, что тот, кто шлепал, хотел скрыть это от Наташи. Он шлепал, когда лилась вода, и только дважды прокололся. Только дважды он прошлепал, когда Наталья резко выключила воду.

Наташе стало страшно. Не оттого, что кто-то пробрался в дом, а оттого, что она не могла объяснить самой себе цели воришки. Забраться в дом, чтобы, разувшись, побегать по новенькому ламинату? Наталья осмотрела столы. Ножи она еще не выложила и, в какой они коробке, не помнила. Она повернулась к раковине и взяла баранью лопатку. Мясо еще не разморозилось, поэтому кусок мог сгодиться не хуже бейсбольной биты. Тишина напрягала. Наташа решила проверить. Ведь ей могло и показаться? Она включила воду и тут же выключила. Ничего. Тишина. Еще раз включила, подождала и выключила. Звук шажков раздался, как она и предполагала, из гостиной. Наташа включила воду и медленно пошла к самой большой комнате в доме.

Алексей не ждал теплого приема от человека, которому разбил нос и забрал ружье. Когда-то давно, в прошлой жизни. Не ждал, но ему некуда было идти, поэтому он готов был выслушать любые упреки, любые выражения в свой адрес, только бы Роман позволил ему поселиться у него. По крайней мере до тех пор, пока Алексей не вернет свою семью. А он вернет, потому что настроен решительно.

Встреча их прошла в прохладной обстановке. Нет, Роман не матерился и не грозил вызвать полицию. Он просто кивнул и показал ему спальню, в которой Страхов может разместиться. Показал и ушел. Алексей долго думал, что скажет бывшему соседу, как будет умолять пустить к себе. Всю дорогу от гостиницы до указателя Васильевка. Алексей вышел раньше, с людьми, чтоб быть неприметней для любопытных из ближайших домов. Потом свернул с дороги и через пролесок направился к своему пункту назначения. В голову ничего не лезло. Рассказать правду? Не годится. Он еще не соскучился по палате, ставшей ему домом на долгих пять лет. Или сказать не всю правду? Мол, просто хотел бы вернуть Жанну. Или просто повидать детей. Суд запретил подходить к ним, вот и прячусь, как партизан. Вот это складно. Но ему не пришлось ничего говорить. Рома сидел на скамейке за домом. Алексей попытался привлечь его внимание, но тот, видимо, был пьян и внимание его было рассеянно. Алексей вошел через калитку и присел рядом. Что интересно, но запаха перегара Страхов не уловил.

— Слушай, Ром, ты зла на меня не держи.