— Слушай, Ром, ты зла на меня не держи.

Старик посмотрел на него влажными глазами, будто только что заметил его присутствие.

— Я ж тогда тебя не со зла, понимаешь? — Страхов ждал подтверждения, но Роман только кивнул. — Тяжело мне тогда пришлось. — Алексей знал, что «давить на жалость» — это не его конек, но говорил он сейчас даже не для этого. Он просто заполнял тишину.

— Нам всем тяжело, — пробормотал Роман.

— Тебе хоть ружье твое вернули? — спросил Алексей и посмотрел на собеседника.

Рома кивнул и показал трясущейся рукой куда-то влево. Ружье валялось там. Волна негодования, ненависти и какой-то животной злобы нахлынула на Страхова. Он, как и тогда, не понимал, как такому раздолбаю доверили огнестрельное оружие. Только после того, что оно оказалось в соседнем доме, его нужно было лишить лицензии. Но Алексей быстро взял себя в руки. Если вспомнить, кто оказался тогда главным вселенским злом, то и все беды они могли свалить на него. Наверняка так все и было.

— Ну как ты тут, поживаешь? — спросил Алексей.

— Поживаю, — ответил Роман и снова посмотрел на Страхова так, будто видит впервые.

— Ром, мне бы переночевать у тебя, а?

— Пошли, — Роман встал и без лишних вопросов отвел его в комнату.

Леша пытался объясниться, бормоча что-то невнятное вслед старику.

— Это на недельку, не больше…

— Да хоть навсегда, — сказал Рома, показал ему комнату и ушел.

Страхову не терпелось увидеть Жанну и детей. Он готов был сейчас побежать к ним, но были опасения, что в их телах все еще Они и его опрометчивый поступок выльется ему приличным сроком. Поэтому ему нужен план. Но это завтра. Сегодня он устал. Ему очень хотелось спать. Алексей взял сумку, положил на диван в изголовье и прилег. Через пятнадцать минут он уснул. В момент, когда «Надежда» Константина Кабанова въехала во двор дома напротив, Страхову снилась Жанна.

Наталья слышала шажочки. Именно шажочки. Может, соседский ребенок забежал, а теперь играется? А то, что он начинал бегать только, когда вода лилась в раковину, просто совпадение? Наташа переложила баранью лопатку в другую руку и вытерла ладонь о джинсы, затем проделала то же самое со второй. Руки замерзли, но это единственное орудие самообороны в пустом доме. Самообороны от кого? От ребенка, которого ты сейчас готова напугать? Когда она вошла в комнату, вода в кухне выключилась и шаги стихли. Если честно, то Наташа ожидала увидеть что угодно, от грабителя-форточника до монстра из славянской мифологии. Но сидящий к ней спиной мальчик ввел ее в ступор. То есть — это казалось настолько обычным, что ей захотелось сесть на пол рядом и включиться в его игру, во что бы тот ни играл.

Наталья опустила баранью лопатку и шагнула по направлению к ребенку.

— Эй, малыш! Ты заблудился?

Мальчик захихикал в ответ. Впервые с того момента, как она увидела ребенка, ей стало жутко. Будто перед ней был монстр из какой угодно мифологии, жуткий и коварный. Он хихикал, словно замышлял что-то недоброе.

— Малыш?

В какой-то момент ей показалось, что баранья лопатка ей все-таки пригодится.

— Ты откуда здесь?

Глупый вопрос Наташа задала, лишь бы не слышать это мерзкое хихиканье. Собственный голос успокаивал.

— Ты живешь по соседству?

В следующий миг кран в кухне чихнул, где-то под домом загудело, завибрировало, и вода снова полилась в раковину. Наташа невольно вздрогнула и обернулась на кухню, потеряв на долю секунды из поля зрения незваного гостя.