— Как спалось?

— Отлично, — отвечаю я. — А тебе?

— Отлично.

Наши взгляды встречаются, и Сэм краснеет.

— Послушай, я кое-что хотел сказать о вчерашней ночи.

— Ты же не станешь извиняться, нет? И говорить, что это была ошибка?

— А ты? — смотрит на меня Сэм.

Я не могу сосредоточиться под его пристальным взглядом, от него у меня дух захватывает.

Эти глаза… Боже мой!

— Я думаю, — нерешительно говорю я, — мне кажется, что я тебя люблю.

Сэм не сводит с меня глаз.

— Я беру выходной.

— Тебе нельзя. Нужно управлять садом.

— Я заметил, что когда ты рядом — целуешься или ругаешься, неважно, — мне на все наплевать.

— Начнутся разговоры. Дойдет до Ребекки.

— Она все равно узнает. Она умная девочка. Кроме того, я заслужил отдых. Для этого у меня и работает Хадли. Зачем брать заместителя, если никогда не покидаешь свой пост? — Он наклоняется и целует меня в лоб. — Я скажу им, что мы возвращаемся в постель.

— Сэм! — восклицаю я, но, к своему удивлению, ничуть не огорчаюсь. Хочу, чтобы весь мир знал, как мне хорошо, как я способна любить!

Я переставляю поднос на пол, беру ягодку и вытягиваюсь на скомканных простынях. Моя ночная рубашка — та шикарная шелковая, что я купила в Северной Дакоте, — вывернута наизнанку.

Раздается стук в дверь. Я встаю с кровати и открываю.

— Сэм, — говорю я, но это Ребекка, и мы в унисон зовем Сэма.

Она застывает в нерешительности, в ту ли комнату постучала. Я тяну за ворот, чтобы прикрыть вырез ночной рубашки, мысленно подивившись точности выражения «схватить за шиворот».

— Сэма нет, — негромко отвечаю я.

Ребекка продолжает осматривать комнату в поисках улик. Наконец наши взгляды встречаются.

— Вообще-то я искала тебя. Хотела спросить Сэма, не знает ли он, где ты. По всей видимости, знает, — медленно говорит она.

— Это не то, о чем ты подумала, — поспешно оправдываюсь я.

— Держу пари, это именно то, о чем я думаю.

Прямо в сердце, но мне становится лучше — разве не этого я ждала?

— Я пришла сообщить тебе, что сегодня мы с Хадли собираемся съездить в город. Хотела спросить, не хочешь ли и ты с нами. — Она вновь смотрит поверх моего плеча. — Но, вероятно, у тебя есть дела поинтереснее.

— Вы не можете ехать в город. Хадли не может. Сэм пошел сказать, что сегодня он здесь главный.

— Скажите пожалуйста! Прямо из уст босса?

— Держи себя в руках! — спокойно предупреждаю я.

— Держать себя в руках? Мне? Кажется, проблема не во мне. Это не я изменяю своему мужу.

Инстинктивно я вскидываю руку для удара. Потом, покачав головой, опускаю ее.

— Мы позже это обсудим.

— Ты просто омерзительна! — кричит Ребекка, бессильно сжимая кулаки. — Поверить не могу, что ты так поступила с папой! Поверить не могу, что ты так поступила со мной! Что бы ты ни думала, он все равно тебя любит. Ты же знаешь, он едет сюда. И что ты намерена делать?

Она разворачивается и убегает по лестнице.

Сэм застает меня у открытой двери.

— Она была здесь, — говорю я. — Ребекка. Теперь она меня ненавидит.

— Она не может тебя ненавидеть. Дай ей время.

Но его слова не могут сдержать моих рыданий.