Ильгет пошла в кабинет к мужу. Села против него, подперев голову кулачком. Пита молчал, делая вид, что смотрит в экран.

— Пита, - сказала наконец жена, - ты прости меня.

— За что? - удивленно спросил Пита.

— Ну… что я вот друзей пустила. Они сами пришли, правда, но я их не выгнала. Без твоего согласия.

— Ну что ты, ты ведь совершенно свободная женщина, вполне можешь приводить, кого тебе хочется, - подчеркнуто спокойно ответил Пита. Ильгет молчала, не зная, как понять его ответ.

— Значит, ты не обижаешься на меня? - спросила она наконец.

— Ну как я могу на тебя обижаться? - Пита выключил монитор и развернулся наконец к ней, - ты свободный человек и вправе делать все, что посчитаешь нужным.

— Но если тебе что-то не нравится, я не хочу это делать, - тихо сказала Ильгет.

— А почему? Почему ты должна считаться со мной? Ведь я намного ниже тебя духовно, я такой неразвитый и тупой, по сравнению с твоими друзьями я вообще ничтожество.

— Перестань так говорить о себе, - Ильгет встала, подошла к Пите. Обняла его голову, прижала к груди, - я вовсе так никогда не думала.

Пита старательно высвободился.

— Зачем тебе нужна эта ложь? - спросил он. Ильгет стояла рядом с ним, опустив руки.

— Почему ложь?

— Ты же не любишь меня. Все это лицемерие!

— Почему ты думаешь, что я тебя не люблю? - спросила Ильгет.

— Я не могу тебе доверять!

— Но разве я тебя когда-нибудь обманывала? В чем?

Ильгет показалось, что Пита ведет себя как маленький ребенок, который капризничает и пищит, испытывая любовь мамы - а будет ли она меня любить, если я буду вот таким?

— В том, что ты не любишь меня. Пока меня не было, ты развлекалась тут с этим… Арнисом.

Ильгет вздрогнула. Она просто устала. Выкатились слезы. Опять, со злостью на себя подумала она. Ну что за физиология такая? Чуть что - слезки на колесиках.

— Пита, я тебе уже говорила, что между нами ничего не было. Ну как мне оправдаться, ну в самом деле? Ну если бы я была виновата, ладно… но ведь не было этого. Подожди, Пита! Ты не помнишь - ты же сам говорил, если я тебе изменю, ты ничего против иметь не будешь!

Пита вздохнул тяжело.

— Понимаешь, Ильке… это не просто. Я действительно бы ничего не сказал, если бы ты просто мне изменила. Даже наоборот. Вот это, то, что ты не изменила, и я этому вполне верю - вот это и страшно. Ведь столько времени прожить совсем без человеческого тепла рядом… это же каким монстром нужно быть. А с Арнисом у вас совсем другие отношения. Вот именно- другие. Если бы вы с ним трахались, я бы и слова не сказал. А так… в том-то и дело, что его ты - любишь. А со мной - трахаешься.

Ильгет почувствовала, что не может говорить. Горло перехватило. Наконец она произнесла.

— Не так, Пита. Я люблю его. Я люблю тебя. Я люблю Иволгу, Гэсса, Дэцина - всех ребята. Но они, и Арнис тоже - они мои друзья. А ты - мой муж. В этом отличие.

— Седьмой! Выход за пределы атмосферы, коридор задан!

— Есть, - радостно откликнулась Ильгет, подтянула гравикомпенсатор и стала поднимать машину по почти отвесной прямой, кверху носом в бескрайнюю бесстыжую синь.

Как это все-таки здорово! Все, все можно забыть… Ландер медленно поднимался все выше, то есть, это так кажется, что медленно, а на самом деле - несется ракетой… Включились маршевые. Небо вокруг нее постепенно темнело, и вот она уже видит сверкающие, позванивающие хрусталем точечки звезд, и полный сияющий диск Бетриса… Ночь. Я в космосе! - поняла Ильгет, и ликованием вонзилась в сердце эта мысль, космос, пространство! Ильгет впервые была в космосе совсем одна, вот так, на маленьком самолете - ощущение совсем другое, чем в большом корабле, звездном доме.