Пита спросил, не следует ли ему развестись с Ильгет. Священник развел руками и сказал, что церковь против развода, да и брак-то венчанный, а значит - вечный. Но… Бог на небесах видит правду. Церковь на земле установила вечность любого формально венчанного брака, но Бог знает истину…

Пита стал захаживать в церковь и даже посещать службы - не вместе с Ильгет, конечно. Не хотелось рассказывать ей об этом. И потом, произошло странное - Ильгет как будто к церкви охладела. Она по-прежнему ходила туда, как положено, по воскресеньям, и даже непонятно, в чем это охлаждение выражалось… она и раньше с ним не говорила о религии. Но Пита просто чувствовал, что церковь уже не играет в ее жизни такой роли, как раньше.

Впрочем, несложно понять, почему. Этот отец Ролла - новый. Если он высказал Ильгет все о роли мужа в семье и ее обязанностях по отношению к Пите, то ничего удивительного в том, что ей это не понравилось, и она решила в такую церковь больше не ходить. Вполне возможно, что предыдущий священник поддерживал ее заблуждения…

Пита чувствовал себя все более и более несчастным.

Хуже всего, что у него начались неприятности на работе в Биоцентре. И неприятности эти были связаны не с чьими-то происками и даже не с абстрактным невезением, а если честно признаться - с его собственными личными качествами.

Пита привык считать себя хорошим программистом. Всегда на отличном счету у начальства. Зарплата. Уважение. Коллеги обращаются за помощью. Конкурирующие фирмы шлют перспективные предложения - переманивают.

И вот сейчас он перестал справляться. Не потому, что объем возрос, но - изменилось само содержание работы. В Биоцентре появились компьютеры нового поколения, затем машины еще усложнились. Никому больше не нужно было умение аккуратно и остроумно составлять коды, с этими машинами нужно мыслить как-то иначе - а он не мог. Не получалось. Не то, чтобы совсем - но на передний план вышли другие люди, его стали затирать, поручать ему какие-то малозначащие вещи…

"А ведь это она довела тебя до такого состояния. Ты же был творцом, ты был таким умным, интересным человеком - но пять лет этого брака, пять лет издевательств кого угодно превратят в идиота. А она ничего не потеряла - живет на твои деньги и при этом пишет, еще и пишет гадости о тебе же" (Пита знал, что это не так, но вообще-то… если вдуматься - действительно гадости).

Именно так. Пита жаловался на жизнь, сидя по вечерам с Ильгет за столом, и она еще и выслушивала его, сочувственно кивала, говорила, что верит в него, что он справится… только вот потом так и оставалась бесчувственной. На самом деле ее мало трогали трагедии Питы. Уйдет к себе в компьютерный мир и живет там. В своих воображаемых трагедиях.

Он приходил в отчаяние и кричал. Она недоуменно расширяла глаза - "но что, что я должна сделать? Ты скажи, и я сделаю". Как она не понимает - о таких вещах не говорят! Он не должен произносить этого вслух! Как будто она не понимает сама!

"Все вранье. Она использует тебя. Ты ей выгоден и удобен. Она готова формально выполнить твои требования, но жить будет так, как удобно ей. Ты же сам это понимаешь".

"Хорошо, - отвечал Пита, - тогда я разведусь с ней. Я уже пытался, но был слишком слаб. Но сейчас я готов".

И в самом деле - сейчас он чувствовал себя готовым. Любовь к Ильгет, это наваждение, кажется, совсем прошло. Даже ее тело перестало быть таким уж вожделенным. И вообще секса не хотелось. То есть хотелось, и он регулярно спал с ней - но скорее, за этим что-то другое стояло. Хотелось просто ощутить ее в своей власти, почувствовать себя мужиком. Однако и этого не было - какая уж там власть, какой мужик, если ничем ее не заставишь быть рядом, даже болью (тем более - болью). Хотелось восстановить свое униженное, растоптанное достоинство. И несложно найти женщину, которая восстановит все, которая будет его любить и уважать, но хотелось все-таки добиться этого именно от Ильгет…

Она виновата во всем.