- Прости за вчерашнее, и за то, что вела себя порой как дебилка.

   - Говорил же тебе, не нужно извиняться. Все в порядке.

   Сложив руки на коленях, я пожала плечами.

   - Могло быть и лучше. Мне жаль, что я так толком и не поговорила с твоими друзьями. Не хочу, чтобы они считали меня заносчивой или вроде того.

   Его сжатые челюсти подсказали мне, что ему что-то не понравилось в моих словах.

   - Кто-то когда-то считал тебя заносчивой?

   - Раз, может два, но я просто молчу, пока не почувствую себя комфортно рядом с совершенно незнакомыми людьми, понимаешь? Вот и все.

   Он заглянул мне в глаза. Его лицо было напряжено. Он какое-то время обдумывал мои слова, а потом медленно выдохнул. А потом выдал опять нечто понимающее, чудик-Аарон.

   - Знаю, Ру. Я не такой. И они не подумают, что ты заносчивая.

   - Надеюсь.

   Его улыбка была такой доброй, что я искренне подумала: не имеет значения, что они подумают, пока я ему нравлюсь. Но, откровенно говоря, мысль была мимолетной. Не могла я так думать все время.

   - Не переживай. - Он махнул рукой на воду, плещущуюся у ног. - Смотри, это может произойти в любую секунду.

   Мы сидели у кромки воды, он находился на расстояние вытянутой руки. Мы сидели и любовались восходом. Синий, фиолетовый, лавандовый, оранжевый, красный и такой желтый, ну такой желтый, что у меня аж сердце заболело. Я побывала во многих местах, но мне редко доводилось видеть восходы, потому что, чего греха таить, я не ранняя пташки, ни разу, но восход в тот день я никогда не забуду. Я будто пробудилась ото сна. Прежде я не видела ничего подобного, а все, что уже случилось со мной за эти несколько дней, слилось в единое незабываемое событие.

   И когда Аарон спросил:

   - Красиво, да?

   Я ответила правду.

   - Очень. - А потом я сказала ему и еще одну правду из моего длинного списка вещей, которые я не могла отрицать: - Я в вечном долгу перед тобой за то, что ты пригласил меня и показал это.

   Он не произнес больше ни слова, да и я помалкивала. Мы просто наблюдали, как солнце неспешно ползет вверх. Наверняка, я даже ни единожды затаила дыхание, но неожиданно тишину нарушили звук двух голосов. Я не стала оглядываться, а продолжила смотреть вперед, любуясь солнечными лучами.

   - По-моему, я хочу просыпаться рано утром каждый день и любоваться вот этим, - прошептала я, подтягивая колени к груди, чтобы положить на них подбородок. - Ради этого стоит проснуться пораньше.

   И Аарон произнес тихо-тихо, в той же манере, с которой он разговаривал со мной со вчерашнего и что-то в его голосе было такое, что я никак до конца не могла понять, но очень походило на надежду, если, конечно, ее можно было обличить в звук:

   - В любое время, когда захочешь, Руб. Я присоединюсь к тебе.

   - Итак, Руби... у меня к тебе важный вопрос.

   Втиснувшись в середину кузова пикапа Аарона, я просунула руки между ног и смирилась с тем, что легко отделалась, когда мы отправились в продуктовый магазин. Я помогла Аарону составить список, который состоял в основном из чипсов с солью и уксусом, чипсов Фритос, макарон с сыром и замороженной пиццы, пока мы ждали на кухне, когда все проснутся. Аарон, Дес, сестра Макса, которую, как я узнала позже, звали Минди, и Бриттани девушка Деса, и я, все забрались в грузовик ровно в 10:05 утра. Аарон предложил мне сесть на переднее сиденье, но я отмахнулась, потому что ноги Деса явно были длиннее моих. Затем, заметив, что Бриттани выше меня и что у Минди сломана рука, которую, вероятно, не стоит толкать, я предложил сесть на сидение посередине.

   Минди и Бриттани были заняты своими телефонами еще до того, как мы сели в машину, и не спускали с них глаз всю дорогу до продуктового магазина.