- Не нужно было, ты не обязан, - сказала я, улыбаясь.

   Стоя ко мне спиной, он взял с подноса свою тарелку.

   - Знаю, - только и сказал он, повернувшись ко мне с завтраком, держа его на уровне груди.

   - Написала маме? - спросил он, приподняв бровь.

   - Было дело, - сказала я с усмешкой. - Она убедилась, что я жива, строго-настрого запретила фоткаться топлес и велела писать ей каждый час.

   - Каждый час?

   - Прикинь.

   Он рассмеялся.

   - Знаю-знаю. От старших братьев и сестер она фиг короткого сообщения дождется, когда те куда-нибудь уезжают отдыхать. Одно слово, больная на голову.

   - Можешь дать ей мой номер телефона, если хочешь, - предложил он.

   Дать маме его номер... За что мне это?! Ну почему, почему?! Почему, черт возьми, он так совершенен? Это несправедливо. От слова совсем. Несправедливо было и то, что теперь мне нужно было рассказать ему правду о том, что я уже это сделала.

   - Вообще-то, вчера вечером я дала ей твой номер, на всякий случай. На случай крайней необходимости. Надеюсь, я ничем тебя не задела.

   Он моргнул.

   - Нет, нет, все в порядке. - Он принялся помешивать ложкой хлопья, и глядя мне прямо в глаза поинтересовался: - И ссылку в соцсетях?

   Мое лицо вспыхнуло в тысячный раз с тех пор, как я встретила его два дня назад. Я хотела солгать, правда хотела. Но я обещал ему, что не буду, и не хотел нарушать свое слово. Поэтому я сказал ему правду, хотя и притворялся, что моя порция хлопьев - самая интересная вещь на планете.

   - Я записала его на клочке бумаги и сунула под кровать.

   Пауза, а потом:

   - А откуда они узнают, что нужно искать именно там?

   Я искоса взглянула на него и сделала вид, что прочистила горло, потому что... ну потому что вопрос был… ну таким, а не потому что мне было стыдно. В общем, перед отъездом из дома я сделала то, что сделала бы любая разумная женщина.

   - Я оставила отчиму записку с инструкциями на случай, если что-то случится, - почти прошептала я. - Он самый надежный человек во всем доме.

   Аарон ничего не сказал.

   Он молчал так долго, что я отважилась посмотреть на него.

   Но когда я это сделала, первое, что я увидела были его прищуренные глаза и изогнутые губы, на которых я и сосредоточилась. Но спустя секунду стал очевиден факт, что его плечи и верхняя часть тела дрожали немного, совсем чуть-чуть, настолько незначительно, что едва ли я смогла бы это почувствовать сидя рядом с ним. Через мгновение его рука потянулась к лицу и закрыл ладонью глаза, а потом медленно произнес:

   - И что же гласит инструкция?

   Покраснев в надцатый раз, я пролепетала:

   - Это на случай, если я пропаду без вести, чтобы с тобой связались первым. Я записала твое имя и номер телефона, а также почтовый адрес твоего отца. Еще я записала где им искать тебя и Макса в соцсетях. - С одной стороны, мне было стыдно, но с другой - я даже немного гордилась собой, потому что знала, случится может всякое, и разумная девушка поступила бы именно так. - Еще я написала, чтобы никто не смел брать мои вещи, пока не пройдет два года с тех пор, как я буду числиться пропавшей. Вот после этого, им, так уж и быть разрешается, оставить надежду меня найти.

   Он ничего не сказал. Ни единого намека на хоть какую-то реакцию. И мне вновь срочно захотелось отправиться на поиски черной дыры.

   - Прости. Не то чтобы я считала тебя серийным убийцей, ну или там спецом в области секс-рабства и торговли людьми, или вроде того, но ты же понимаешь, береженого Бог бережет? Представь.