— Терпение — лучшее качество разведчика, — улыбнулся шеф.

— Да терплю, чего уж…

— Ну и следаки тоже пускай поработают. Когда докопаются, конечно.

— Если докопаются, — заметил я.

— Ну или так, — шеф пожал плечами. — Важно признать, что мы не в состоянии контролировать вообще всё. Тогда работается легче.

— Вы правы, конечно, — согласился я.

— Ну всё, не задерживаю. До завтра!

— До завтра, — неформально попрощался я и вышел из кабинета.

В больницу принято передавать какую-нибудь вкусную еду. Говорят, такая поддержка оказывает заметное моральное влияние и ускоряет выздоровление. Поэтому врачи, если назначенная диета позволяет, только приветствуют такие вещи.

Однако с Женей всё было не так просто: они проходили реабилитацию после длительного недоедания, поэтому состав их диеты был строго регламентирован.

И всё же приходить с пустыми руками не хотелось. Поэтому ещё вчера я приготовил ему подарок: смартфон из старых запасов, которые я закупал перед нашим бегством из Подмосковья. Загрузил туда по максимуму книг, фильмов хороших и музыки.

В былые времена за подарок сошли бы хорошие книги. Но после всего случившегося оборот бумажных изданий был строго регламентирован: всячески поощрялось сдавать личные книги в общие библиотеки, которые пользовались немалым спросом среди обитателей подземелий, вроде нашего, и восстанавливаемых городов и сельских поселений. Больше того: те вещи, которые входили в школьную программу, подлежали обязательному выкупу, а за их сокрытие полагался немалый штраф.

Меры жёсткие, хотя и разумные: организация образовательного процесса оставалась проблемным моментом — специалистов требовалось много и уже вчера, а педагогов и пособий, даже школьного уровня, катастрофически не хватало. Плюс типографий уцелело совсем не много — но даже для них не находилось достаточно ресурсов для полноценного запуска.

У меня был специальный пропуск в корпус госпиталя, где лечили освобождённых из плена. Официально оформил по ходатайству начальника отдела, даже не подключая Ольгу.

Завернув к нужному сектору, в каморке для посетителей я обнаружил Алису. Мы не виделись после давней вечеринки у Петра, когда она приехала одна, хотя и созванивались. Я знал, что она прибыла на наш объект и всё хотел пригласить её к нам, когда момент будет подходящим. Но не ожидал её увидеть на территории госпиталя около полуночи.

Увидев меня, Алиса поднялась и грустно улыбнулась.

Мы обнялись — крепко, без слов. Я чувствовал, что её переполняют эмоции. После всего пережитого не грех было бы и поплакать — но девушка взяла себя в руки. Совершенно по-мальчишечьи шмыгнула носом и сказала:

— Ох, Димка… рада тебя видеть. Хотела зайти — но слышала, что ты на службе до полуночи пропадаешь. Не хотела беспокоить понапрасну.

— Мы тоже собирались тебя пригласить — как только в себя немного придёшь, после всего этого… как Женька, почему не у него?

— Зав отделением выгнал, — Алиса с грустным выражением лица пожала плечами. — Не положено — и всё.

— Ишь какие строгие, — улыбнулся я.

— Хорошо Женька, — вслух сказала Алиса, после чего притянула меня к себе и зашептала на ухо: — вроде вечером результаты окончательных анализов пришли. Ребята чистые!

Она втянула в себя воздух, потому медленно выдохнула через поджатые губы.

— Представляешь? Столько дней ждать… я чуть с ума не сошла!

— Не сомневался, что так будет, — ответил я. — Кроме того, у нас антидот есть. Не в курсе?

— Антидот? — Алиса округлила глаза.