— Типун тебе! — улыбнулся я и постучал себя по лбу.

— Тьфу-тьфу, — ответил Женька.

— У меня подарок для тебя, — сказал я, доставая смартфон с зарядкой.

— Ого! — удивился лётчик. — Жертвуешь?

— У меня ещё есть, — я подмигнул. — Там киношки кое-какие закачаны. Книги, карты и другие полезности. В общем, разберёшься.

— Слушай, ну я не могу так… мало того, что жизнь спас, так ещё и это! Ты хоть примерно представляешь, сколько это стоит? Говорят, несколько лет пройдёт, пока мы снова начнём что-то похожее делать. Та штука из поезда вроде полностью под госзаказы забронирована на несколько лет вперёд…

— Так что береги его, — ответил я.

— Ладно, не буду ломаться, — улыбнулся лётчик, принимая подарок. — Жизнь научила. Бьют — беги, дают — бери.

— И это правильно, — сказал я, и уже поднялся было, чтобы выйти, как Женя вдруг спросил:

— Что там с расследованием, не в курсе? Что у них случилось? У меня из головы не идёт этот труп в пункте управления… да их тюремщики наши — куда они исчезли?

— Возможно, случайность, — я пожал плечами. — Часть модификантов сбежала, когда сообщение с главным бункером прервалось. Не знаю, нас ведь тоже не информируют о ходе расследования. Только выводами делятся. С санкции руководства.

— Понятно… что ж, за подарок спасибо! И за приглашение тоже.

Напоследок Женя пожал мне руку. Его ладонь была сильной и твёрдой.

Телефон на моём столе зазвонил сразу, едва я открыл дверь кабинета. Пуля, который уже был на месте, с удивлением глянул на аппарат.

Я взял трубку.

— Дима? На месте уже?

Вот что за странная манера осталась у людей с эпохи, когда были доступны мобильные телефоны?

— Да, шеф, — ответил я.

— Зайди, пожалуйста. И Павла Сергеевича с собой захвати.

— Есть.

Начальник отдела положил трубку.

— Ты вчера докладную сдал? — спросил я напарника.

— Ага. После двенадцати. Шеф на месте был, — ответил он.

— И что же мы с тобой там такого понаписали? — задал я риторический вопрос.

Когда мы вошли в кабинет, у шефа на столе лежали две папки. Одна из них — с моей докладной. Другая, как не сложно было догадаться — с докладной Пули.

— Присаживайтесь, ребят, — сказал шеф, нарочито расслабленным тоном, что мне сразу категорически не понравилось. — В целом молодцы. Детали разнесены, не под копирку написано, толково. Видно, что постарались.

Я посмотрел на Пулю; тот подмигнул мне и улыбнулся. Про себя я отметил это «в целом». Такие вот обороты предполагают, что затем последует в лучшем случае критика. В худшем — жёсткий разнос.

— Вижу, что вы подводите к мысли, будто надо туда лететь… так?

Он оторвался от бумаг и взглянул на нас.

— Так, — подтвердил я. — Это же очевидно.

— Кружочки на карте. В уничтоженном бункере, — сказал шеф. — Которые видели пять человек, а запомнили более-менее точные координаты только вы двое. Понимаешь, к чему я?

Я промолчал, глядя ему в глаза.

— Владимир Сергеевич, — вмешался Пуля. — Если разобраться, обращай наши должное внимание на такие сигналы и принимай вовремя меры — глядишь, и катастрофы не случилось бы…

Шеф поджал губы. Я ожидал всего чего угодно, стараясь подавить растущее в груди чувство обиды и разочарования.