— И ты от них не отбился?

— Да мог уложить, конечно, — Рубин улыбнулся. — Но решил перестраховаться: что, если другая группа наблюдает? Вывел бы на спящего тебя… в общем, решил сначала обстановку оценить, потом уже решения принимать. А оно, видишь, что… даже отъехать толком не успели — как схватили нас.

— Почему тебя с ними не того?..

— Потому что я не с ними. Местные видели, что я пленник, — ответил Рубин. — Эти мародёры решили бороться с «новой властью». Она им как кость поперёк горла была. Ну и уничтожили, как я понял, некоторые запасы вместе со шприцами этими. А ещё в них наших с тобой коллег заподозрили. Допытывались.

— Понятно… Как действует это препарат? — спросил я. — Может, догадки какие-то, а?

Рубин покачал головой.

— Говорю же, не знаю. Даже не догадываюсь. Вроде слышал, что кому-то из местных кололи, в том числе из охраны. Но не уверен, что правильно понял. Те, про кого это говорили, ничем не отличались от обычных боевиков.

— Понял тебя, — я кивнул. — Диспозицию изучил? Что там внутри?

— Изучил. Со мной вообще в целом хорошо обращались. Почти как со своим. Под конец только начали затирать какую-то лютую дичь про древних богов и возрождение… но я только поддакивал. В общем, есть план. Только нам надо где-то добыть маски противопожарные или противогазы, чтобы в дыму не задохнуться… есть мысли?

Я почесал подбородок, думая об учебной базе авиационных техников. Не может такого быть, чтобы там ничего подобного не было.

— Есть, — кивнул я. — Плюс штаны тебе надо добыть. А то, походу, твои трусы их никак не напугали.

Рубин осклабился. В лунном свете блеснули белые зубы.

— И обувь, — добавил он. — Асфальт тут жёсткий, да осколков полно. Буду следы оставлять.

Я поглядел на его босые стопы и вздохнул.

— Пойду поищу. Может, тут что-то найдётся, — предложил я.

— Давай поищем, — согласился Рубин. — Фонарик только не включай.

Однако ничего, хотя бы отдалённо похожего на одежду и обувь мы в доме не нашли. Похоже, здание расселили ещё до того, как всё случилось, и планировали пустить его под снос или реконструкцию.

В пустых квартирах остались только старые обои, бумажный мусор да мышиный помёт.

Закончив поиски, я снял с себя майку и аккуратно разорвал её на несколько длинных полос.

— Портянки наматывал когда-нибудь? — спросил я.

— Не-а, — Рубин пожал плечами. — Только слышал да читал о них. В книгах про войну.

— Ну хоть читал… — вздохнул я. — Я вот сталкивался по молодости. Для сапог незаменимая вещь.

Опустившись перед ним на корточки, я тщательно замотал его стопы — так, чтобы импровизированные «портянки» могли выдержать даже небольшую пробежку.

— Твоя маскировка к чёрту полетела, — заметил он, когда я попросил его пройтись по коридору, чтобы оценить качество своей работы.

— Ты себя в зеркало видел? — улыбнулся я в ответ.

— Блин, ты чем намазался? Грязью? Может, тоже?.. — предложил он.

— Жёлтая зона, помнишь? — сказал я. — Не надо. В лучшем случае лишний хвост вырастет.

— А в худшем?

— В худшем умрёшь в страшных мучениях от рака. Через пару лет.

— Блин. А я-то думал, что-то ещё лишнее вырастет. Что лишним не бывает! — вздохнул он. — А чем ты это сделал-то? Обувной крем нашёл где-то?

— Сажа, — пояснил я. — Сжёг макулатуру из бардачка.

— Ясно… не вариант. Топать далеко?

— Пару километров.