Правда, аграрии этого пока что не знают. И для выживания лучше бы им не знать этого вовсе… но вот могу ли я принять такое решение? Однозначно нет…

— Надо посмотреть, какое у него состояние сейчас… дорога-то не близкая! — заметил директор.

— Ребят, вы пока решайте, я у своих подожду, лады? — сказал я, после чего, не дожидаясь ответа, открыл дверь и вышел из будки.

Остановить меня никто не попытался.

Забравшись в салон «Прадика» и закрыв за собой дверь, я внимательно поглядел на Олю.

— Что? — с тревогой спросила она.

— У них есть пострадавший, — начал я. — Попал под осадки. Его сюда притащили.

— Плохо…

— Они собираются его в Уфу везти. Надеются в больницу попасть. Вроде как сам город мог уцелеть…

— Безумие! — Оля широко открыла глаза. — Можно сильно навредить в дороге! И кто его сопровождать будет? Это для всех может быть небезопасно… и я представляю, что сейчас там творится!

— Вот и я о том… — вздохнул я.

— У них тут совсем никаких медиков нет?

— Фельдшер и медпункт, — ответил я.

— Так поедем посмотрим пациента, — предложила Ольга. — Или что, они против? Вроде как чужим не доверяют?

— Я не предлагал, — ответил я. — Оль, тут такое дело… понимаешь же, это риск. Если пострадавший сильно заражён…

— Ты не сказал им, что я врач? — спросила она со странной смесью удивления, досады и благодарности.

— Нет. Конечно, нет. Я не могу за тебя такие вещи решать.

Подумав секунду, она ответила:

— Спасибо. Но я, конечно, осмотрю его. Я не радиолог — но базовые вещи помню.

— Оль, это опасно… — сказал я.

— Дим, поверь, — она посмотрела мне в глаза, — в этом я понимаю больше. Всё будет в порядке. К тому же, у тебя ведь дозиметр есть, так? Мы будем осторожными.

— Я предложу им. Дальше пускай сами решают, — ответил я.

— Моя мама лучше всех на свете лечить умеет! — вдруг вмешался Никита, который так и сидел на заднем сиденье с Ваней, и даже умудрился «отжать» у него смартфон с игрой.

— Даже не сомневаюсь, — улыбнулся я.

Я вернулся в будку, предварительно громко постучать. Запереть дверь за мной не успели.

— Что такое? — спросил директор, когда я снова зашёл в помещение. — Жена не хочет, чтобы вы сопровождали заражённого? Понимаю и не могу осуждать, материнский инстинкт… так что, Саныч….

— Она врач, — перебил я. То, что Олю назвали моей женой я никак не прокомментировал, чтобы время зря не тратить.

Саныч и директор опять переглянулись. Они так часто делали это, что у меня возникло ощущение, что для них эти гляделки что-то вроде разновидности телепатического общения.