— Если ваши люди, подписывая документ, поставят чужие имена, то…

— Они этого не сделают.

— Но как вы не понимаете?! Если кто-нибудь усомнится в действительности предыдущего завещания Лукаса — а таковой в первую очередь будет, несомненно, леди Пенда, — эти люди должны будут под присягой подтвердить, чтс они выступали свидетелями при подписании…

— Кто сможет их отыскать? Если бы свидетелями стали, скажем, садовники Лукаса, леди Пенда тут же привлекла бы их к ответу. Но это будут совершенно анонимные клерки-юристы.

— Вы должны понять, миссис Дженнифер, что полиция проверит всю нашу документацию. И убедится, что здесь просто не существует клерков-юристов с именами, поставленными под завещанием Лукаса. И меня тут же лишат права заниматься адвокатской деятельностью…

— Эх, Колин, Колин! — раздраженно прервала его Дженнифер. — Ну пораскиньте мозгами. Ваш экземпляр мы сожжем. А если затем похитим и уничтожим экземпляр Лукаса, то кто сможет доказать, что он вообще составил новое завещание? А вы это подтвердите, сказав, что в последний момент у Лукаса возникли серьезные сомнения в правильности подобного шага.

Колин рассмеялся, несмотря на всю серьезность момента.

— И вы действительно думаете, что они этому поверят?

Тут уже расхохоталась Дженнифер.

— Какое имеет значение, поверят они или нет? Вам как юристу больше, нежели кому-либо другому, надлежит знать, что важно не то, верят вам власти или нет. Главное, сумеют ли они доказать обоснованность своих сомнений.

— Но кругом станут говорить об этом! — в отчаянии воскликнул Колин. — Пойдут слухи. И они убьют меня наповал. Если люди перестанут мне доверять, то…

— А что подумают эти люди, если узнают о вашей неспособности вести собственные финансовые дела? Как будет выглядеть ваша репутация, честного юриста, когда они поймут, что вручают свои личные и финансовые проблемы человеку, замешанному в нечестной карточной игре?

Колин широко открыл рот, а затем закрыл его, громко щелкнув челюстями.

Дженнифер удовлетворенно кивнула и медленно поднялась со стула.

— Мне было очень приятно нанести вам визит, Колин, — ухмыльнулась она и пошла к двери. — И не забудьте позвонить мне за час до того, как повезете завещание к отцу на подпись.

Рэттиген молча проводил ее взглядом, затем вздохнул так тяжело, как будто хотел разрыдаться.

В течение целого часа с момента отъезда Дженнифер Колин ходил из угла в угол по своему кабинету. Конечно, он и Дженнифер могут уничтожить новое завещание Лукаса. Но леди Пенда все равно без особого труда восстановит справедливость через суд. И тогда…

Рэттиген почувствовал, как его затрясло от ужаса при одной мысли о том, что тогда может сделать Дженнифер. Нет, он должен как-то отмежеваться от ее безумного заговора и махинаций. Тогда, почувствовав, что он занимает твердую позицию в этом вопросе, Дженнифер, может быть, оставит его в покое…

Это была очень слабая надежда. Но утопающий всегда хватается за соломинку.

И с тяжелым сердцем Колин взял телефонную трубку и набрал номер Лукаса Харвуда.

Лукас сидел в своем кабинете, который Кейра превратила в веселую уютную комнату. Когда на столе зазвонил телефон, он взял трубку и заметил, как сразу же задрожала рука. Лукас все еще хмурился на свою непокорную конечность, когда узнал на другом конце провода голос своего адвоката, сообщившего, что все готово для подписания завещания.

— Прекрасно, — сказал Лукас, поворачиваясь в кресле, чтобы иметь возможность смотреть через окно в сад.