Изменить размер шрифта - +
 — Поверь, если бы я только знала, что Джорджи приложил руку к тому, что с тобой случилось, убила бы его собственными руками!

Латур присел на постель. Он был счастлив уже оттого, что мог просто смотреть на жену. Оставалось гадать, как он мог быть таким идиотом все это время! Он не сомневался в ее словах: Ольга всегда говорила то, что думала.

Она пожала обнаженными плечами:

— А что до этого человека, Эверта… ты сказал, он домогался меня… так об этом я знала еще два года назад! Достаточно было только увидеть, какими глазами он на меня смотрел!

Латур подумал, что пришло время выяснить все до конца.

— Но у Эверта всегда было полно денег, — осторожно сказал он.

— Ну так что? Я-то ведь замужем за тобой!

— Но ты думала, я богат, когда выходила за меня.

Ольга немного подумала.

— Это так. Знаешь, с самого раннего детства я мечтала о том, чтобы выйти за богатого. А когда мы только приехали в эту страну, когда ты еще верил, что на твоей земле тоже есть нефть, я думала, что мои мечты станут явью. Мои детские мечты!

— А они разлетелись в прах…

— Но ведь ты в этом не виноват! Это же не твоя вина, что на твоем участке не оказалось нефти.

— Тогда почему ты так странно вела себя со мной все два года?

Ольга покачала головой:

— Ты не правильно задал вопрос. Это ты вел себя странно. Ты возвел между нами стену. Ты не разговаривал со мной! Вел себя так, будто я презираю тебя. — Она прижала руку к груди. — А я, поверь, никогда этого не делала. Разве я могла забыть моего возлюбленного? Моего мужа, который был у меня прежде, еще в Сингапуре? Как мы любили друг друга, еще на корабле, который вез нас сюда!

Латур еще никогда не видел жену в таком гневе. Вся она трепетала от возмущения.

— Но когда мы узнали, что вместо богатства нас ждет весьма скромная судьба, разве ты пришел ко мне? Разве ты сказал мне: "Прости, милая, я не виноват, что так получилось. Но я по-прежнему люблю тебя. И ничто в мире не разлучит нас!”? — Не дождавшись ответа, Ольга продолжала: — Нет, не сказал. Да если бы ты промолвил такое, я бы пошла работать официанткой в придорожное кафе! Что могло быть важнее того, что ты меня любишь? А вместо этого ты отдалился от меня, и я ничего не могла с этим поделать. Я готовила для тебя, готовила три раза в день, но чаще всего ты так и не появлялся до поздней ночи. — Слезы заволокли ей глаза и хлынули по щекам. Она сердито утирала их рукой. — А ночью разве я когда-нибудь хоть раз отказала тебе? Но ты сам отвергал меня. Что Я должна была думать, как по-твоему? Что ты нашел другую? Или даже не одну — при том, как все складывалось между нами… — Она зарыдала в голос, уже не стесняясь слез. — А если мы и были близки, как прошлой ночью, когда я старалась вернуть то, что было прежде, что тогда? Ты даже не потрудился сказать: “Я люблю тебя”, или что там еще говорят в таких случаях? Ты заставил меня чувствовать себя шлюхой, которая вынуждена спать с мужчиной, потому что он ее кормит!

Она еще долго молча плакала. Потом, по-видимому, полученное воспитание взяло верх. Сердито высморкавшись, Ольга вытерла слезы краем рубашки и встала.

— Прости. Я не должна была говорить все это, жена не имеет на это право. Просто мне было очень обидно, я переволновалась, а теперь так обрадовалась, что ты жив, и забыла обо всем. Ты голоден?

Латур молча стащил с себя ботинки. Он чувствовал себя последним подлецом, понимал, что это он был виноват во всем, а вовсе не Ольга. В собственном ослеплении обидой он видел ее там, где ее вовсе не было. И вдруг он почувствовал, как в его сердце шевельнулась гордость.

Быстрый переход
Мы в Instagram