— Грубые животные! — сказал он, презрительно скривив губы, и направился прямиком в таверну, не утруждая себя тем, чтобы подождать Джулиану.

Она вошла вслед за Люсьеном в комнату с низким потолком, и ее глаза наполнились слезами от едкого табачного дыма, который сизыми облаками плавал в воздухе.

— Бутылку джина, — бросил Люсьен проходившему мимо мальчишке-официанту и, выдвинув из-под стола табурет, удобно уселся на него, прислонившись спиной к стене. Мебель в таверне была на редкость грубой и грязной, столы и стены лоснились от многолетнего налета жира, копоти и табачного дыма. Джулиана вытащила из-под стола другой табурет и, поежившись от отвращения, неловко присела на краешек, радуясь тому, что послушалась совета Люсьена и надела накидку.

— Судя по всему, вам здесь не очень нравится, — усмехнулся Люсьен.

— Это место очень похоже на свинарник, — ответила Джулиана.

— Не дай Бог, если хозяин услышит ваши слова, — хохотнул Люсьен. — Том Кинг чрезвычайно гордится своим заведением. — Он достал из кармана шестипенсовик и швырнул его на стол, когда к ним подошел мальчишка с бутылкой и двумя стаканами на подносе. — Разлей.

Парень выполнил приказание, причем пролил на стол несколько капель, которые тут же смахнул ладонью, а потом с удовольствием облизал пальцы. Его руки были черными, передник давным-давно не бывал в прачечной, по плечам рассыпались патлы. Он сграбастал монету и растворился в табачной завесе, спеша выполнить чей-то заказ. Рассерженный клиент, к которому он подошел, грубо накричал на него и наотмашь ударил, так что бедный парень отлетел к стене и в кровь расшиб себе затылок.

Джулиана широко раскрытыми от ужаса и удивления глазами смотрела на эту сцену. И когда Люсьен протянул ей стакан и решительно потребовал, чтобы она выпила, Джулиана безотчетно поднесла его к губам и сделала глоток. В ее гортани вспыхнуло пламя, желудок обожгло раскаленными углями. Джулиана схватилась руками за живот и согнулась пополам, кашляя и задыхаясь.

— Неженка! Глотка джина сделать не может! — Люсьен расхохотался и со всего маху стукнул ее по спине. Джулиана видела злорадный блеск в его глазах и понимала, что именно такой реакции он ожидал от нее.

— Оставьте меня! — в ярости воскликнула Джулиана, выпрямляясь. — Почему вы не предупредили меня, что джин такой крепкий?

— Тогда не было бы так смешно. — Люсьен даже прищелкнул языком от удовольствия.

Джулиана обиженно поджала губы и отставила стакан. Ей ужасно захотелось выпить молока, чтобы избавиться от неприятного вкуса во рту, но было очевидно, что заказывать подобный напиток здесь — безнадежное дело.

— Черт побери, да это же Эджкомб! — раздался веселый крик. — Какими судьбами, дружище? А я слышал, что ты загремел в каталажку!

Возле их столика возникли три мужские фигуры со стаканами в руках, в съехавших набок париках, с раскрасневшимися от выпивки лицами и в помятых камзолах. На вид им было лет по двадцать с небольшим, но испитые лица с воспаленными, налитыми кровью глазами, отмеченными печатью скуки и рассеянности, делали их похожими на стариков.

— Идите сюда и познакомьтесь с моей женой, джентльмены, — приветственно махнул им рукой Люсьен и с церемонным поклоном обратился к Джулиане: — Мадам, позвольте представить вам моих друзей: капитан Фрэнк Карсон, достопочтенный Бертран Петере и их лучший друг Фреди Бинктон. — Люсьен нежно обнял последнего из представленных и громко поцеловал его.

Джулиана поднялась и сделала книксен, понимая, как смешно это выглядит в создавшейся ситуации.