— Разумеется, милорд. — Джулиана сделала книксен. — Вы ведь мой супруг, не так ли?

— Дорогая моя, это же чистейшей воды фальшивка, хотя… в ней есть свои приятные стороны.

— Совершенно верно, — сказала Джулиана. — Ну раз вы все-таки мой супруг, то у кого, как не у вас, я должна просить разрешения?

— Черт бы меня побрал! — хмыкнул Люсьен. — Похоже, вы собираетесь насолить Тарквину? Смелое решение! — Он вытащил табакерку и достал из нее внушительную понюшку. Его глаза напоминали пару потухших углей.

— Я вовсе не намерена ссориться с его светлостью, — ответила Джулиана. — Просто я считаю, что не должна отчитываться перед ним в своих поступках. Я обязана просить разрешения у вас и надеюсь получить его.

— Так о чем вы просите? — полюбопытствовал Люсьен.

— Я хочу пойти в долговую тюрьму Маршалси, чтобы выкупить знакомую своих подруг.

— Ваших подруг?

— Девушек, с которыми я жила под одной крышей, пока не переехала сюда. — В ее голосе послышалось нетерпение, поскольку она опасалась, как бы в гостиную не вошел Тарквин вместе со своим братом и не разрушил ее планов.

Люсьен громко чихнул, уткнувшись в носовой платок. На его щеках вспыхнул лихорадочный румянец.

— Ради Бога, только не говорите мне, что Тарквин взял вас из публичного дома! — Люсьен хохотнул. — Какая щедрость! Мой благочестиво-лицемерный кузен, жаждущий избавить род Кортней от скандала, нашел мне жену в борделе! Немного же он готов заплатить за фамильную честь!

— Думайте что вам угодно, милорд, — ответила Джулиана, глядя на виконта с холодным презрением. — Но я не проститутка и никогда ею не была.

Люсьен умиротворенно сложил ладони в молитвенном жесте.

— Умоляю вас, пощадите меня. Меня вовсе не интересует, кем вы были… и кто вы есть теперь. Более того, меня не интересует, каким образом вы проводите свободное время.

Настроение Джулианы сразу же улучшилось. Она улыбнулась и подумала, что напрасно сердится на этого обиженного судьбой человека — он не стоит ее гнева, скорее жалости.

— Так вы позволяете мне отправиться в Маршалси, милорд?

— Разумеется, вы можете отправляться куда угодно, миледи. Я буду очень рад, если вы тем самым досадите Тарквину, — добавил он с неприятным смешком. — Вы можете пойти в долговую тюрьму, вы можете заводить подружек среди потаскух с Ковент-Гардена. Вы можете даже заниматься этим невинным ремеслом где-нибудь на стороне, если вам хочется. Я наперед отпускаю вам грехи. Только не просите у меня денег. Я стеснен в средствах и не имею возможности поделиться с вами ни единым фартингом.

Джулиана побледнела, от чего веснушки на ее переносице выступили очень отчетливо.

— Будьте спокойны, милорд. Впредь я обещаю воздерживаться от любых просьб. — Она сделала книксен. — Простите, меня ждут.

— Подождите минуту. — Он протянул к ней руку, не замечая ее гнева. — Я, пожалуй, не откажусь сопровождать вас в этой прогулке. Для пущей респектабельности… — Люсьен улыбнулся, на его лице резко выделились скулы. — Если вы сочтете общество своего супруга приятным и необременительным, Тарквин позеленеет от злости.

Джулиана была не в восторге от его предложения. С другой стороны, идея вывести из себя Тарквина показалась ей чрезвычайно соблазнительной. И она решилась.

— Хорошо, пойдемте.

— Представляю себе лицо Тарквина! — Люсьен бодро вскочил на ноги и, сияя в предвкушении скандала, направился к двери. Джулиана последовала за ним.

Когда они подошли к входной двери, из библиотеки вышли Тарквин и лорд Квентин.

— Джулиана! — строго окликнул ее граф.