Розамунд с готовностью сняла накидку. Лили помогла Люси подняться и накинула ей на плечи легкий шелк. Контраст между роскошным одеянием и изможденным телом, впалыми щеками, спутанными и грязными волосами девушки был ошеломляющим.

— Ты можешь идти? — Джулиана взяла Люси под руку и помогла ей сделать несколько шагов.

— У меня кружится голова, — слабым, дрожащим голосом ответила Люси. — Я не вставала несколько дней.

— Сейчас тебе станет лучше, — сказала Эмма, беря девушку под другую руку. — Я готова растерзать эту мадам Хэддок! — воскликнула она запальчиво. — Мы не сразу узнали, что она засадила тебя сюда. Она велела всем своим девушкам держать язык за зубами, если они не хотят разделить твою участь.

— Она хотела сгноить тебя здесь, — с ужасом оглядывая камеру, пробормотала Лили.

— Мы потом подумаем, как с ней расквитаться, — сказала Джулиана. — Лили, поддержи-ка ее за талию.

Привратник все это время стоял в дверях и с любопытством наблюдал за трогательной сценой. Когда он увидел, что девушки подняли Люси на ноги, то шагнул вперед и заявил:

— Эй, вы не уйдете отсюда, пока я не получу денег.

Джулиана кивнула Лили, и та вытащила из сумочки две новые, хрустящие банкноты.

— Вот сумма долга, — сказала Лили, но когда мистер Когг протянул руку, чтобы взять деньги, она убрала их назад.

— Это еще что за шутки? — изумился привратник.

— Вы получите деньги только тогда, когда мы благополучно выйдем отсюда, — пояснила Розамунд. — Наберитесь терпения.

— Давайте их сейчас! — не унимался мистер Когг.

— Эти деньги должны быть переданы миссис Хэддок, — сказала Джулиана. — Я не дам их вам, пока вы не напишете мне расписку.

— Уж больно хорошо вы знаете порядок, мисс. — Мистер Когг бросил на Джулиану косой, недружелюбный взгляд. — И откуда вы только взялись такая? Ваш отец случайно не был ростовщиком?

Джулиана понимала, что привратник хотел оскорбить ее, но в душе посмеялась, подумав, что никакой ростовщик не сравнится с ее опекуном в умении считать деньги.

Джулиана написала на листке бумаги текст расписки и дала ее подписать мистеру Коггу. И только после этого выложила на замызганный стол в его сторожке два двадцатифунтовых билета.

— У меня осталась только крупная купюра, — обратилась она к девушкам. — У кого-нибудь из вас не найдется гинеи в награду за труды этому джентльмену?

Розамунд достала из сумочки монету, и девушки покинули Маршалси, с обеих сторон поддерживая Люси, которая едва держалась на ногах. Лакей и кеб ожидали их на том же месте, но Люсьена нигде не было видно.

— Будьте добры, приведите из таверны виконта Эджкомба, — обратилась Джулиана к лакею, который изумленно наблюдал, как девушки усаживают в кеб спасенную подругу.

Люси со стоном откинулась на спинку сиденья.

— Ты голодна, наверное? — участливо поинтересовалась Эмма.

— Я уже давно перестала чувствовать голод, — слабым голосом ответила Люси. — Было тяжело только в первую неделю, но теперь я уже привыкла.

— Куда бы нам отвезти ее? — вдруг нахмурилась Лили. — Не можем же мы вернуть Люси в дом миссис Хэддок.

— А как насчет госпожи Деннисон? — спросила Джулиана.

— Нет, — ответила Розамунд. — Она категорически отказалась помочь бедняжке Люси.

— Когда-то она не согласилась обслуживать богатого клиента, которого ей раздобыла госпожа Деннисон, — объяснила Эмма.

— Это был грязный извращенец, — сказала Люси с энергичным негодованием, на которое у нее вдруг появились силы. — Я не могла сделать того, что он хотел, ни за какие деньги.