| — Хватит вопить, не помогает. Невилл, заткнись, говорю, и мать успокой. Дядя, да прекратите его пинать, видно же, что толку не выйдет... Он остановился перед величественной Августой Лонгботтом, которой приходился ростом едва по грудь, и посмотрел снизу вверх. -Зачем вы это сделали? — спросил Руди спокойно. — Вернее, я догадываюсь, зачем, но отчего именно так... -О чем же ты догадываешься, мальчик? — самообладанием миссис Лонгботтом можно было крушить крепостные стены. -Лестрейнджи были в числе тех, кто участвовал в атаке на Министерство. Там погиб ваш супруг, верно? — Руди дождался кивка и продолжил: — Вы знали, что именно они — наиболее ревностные приспешники Темного лорда. Вы решили наказать их, но не смертью, это было бы слишком просто... Вот пожизненное в Азкабане — это самое то, что нужно, верно? Вы, как член Ордена Феникса... да не дергайтесь, это секрет Полишинеля! Словом, вы знали о пророчестве, знали, что Невилл подходит под него, как и Гарри Поттер. И вы сами сдали сына и невестку Пожирателям... -Что за бред! -Это не бред. Вы были знакомы с Краучем-старшим, знали, что его сын пошел по кривой дорожке, а оттуда рукой было подать до Пожирателей, в частности, Лестрейнжей. Вы где-то подловили Барти, думаю, это было несложно. Потом взяли его под Империо и приказали дожидаться Лестрейнджей в тайном убежище. Сами же вы в его облике отправились пытать собственного сына с невесткой, чтобы уж наверняка подвести Лестрейнжей под суд, — холодно проговорил Руди. — Я могу поминутно воспроизвести эту сцену и пересчитать пуговички на платье, которые вы не успели толком застегнуть и носили с тех пор эту дурацкую горжетку якобы на память... Я не знаю, как именно вы стирали память Алисе и Фрэнку, возможно, это какая-то невербальная разновидность Обливиэйта или зелье. Знаю только, что благодаря вам они много лет провели в Мунго, а Невилл остался без родителей, которые, поразмыслив и сопоставив кое-что, могли изменить показания... Убить вы их не смогли, но разума лишили. Хотя, вижу, невестка ваша уже приходит в себя... -Руди... — вымолвил Невилл. — Ты что говоришь? -Правду, — ответил тот, подойдя к матери. — А слышать ее далеко не всегда легко и приятно. Посмотри на меня внимательно, Невилл Лонгботтом. И на моих родителей. Тот взглянул и оторопел. -С минуты на минуту тут будут авроры, — сказал Руди. — Нам пора. Прощай, Невилл. Может быть, ты когда-нибудь и услышишь о Рудольфе Лестрейндж... -И о Поттере-Блэке! — не выдержал Сириус, перекинувшись человеком. — Валим, братцы!.. -Лакки, Тесси, давайте! * -Но зачем она это сделала? Сын, невестка, внук... -Она любила мужа больше, чем кого бы то ни было, — сказала Джейн Сент-Джон, глядя на закат над морем. — И ради его памяти решила уничтожить тех, кто его убил. Только он погиб быстро, а они умирали годами... должно быть, это показалось ей достойной карой. -Должно быть, — согласилась Беллатрикс Лестрейндж. — А она теперь?.. -В Мунго, — ответила Нарцисса Малфой, разливая чай. — В той же палате, в которой содержались ее сын с невесткой. Алиса, кстати, полностью пришла в себя, хотя, конечно, выпавшие из жизни годы так просто не вернуть... Фрэнку хуже, но он хотя бы начал узнавать окружающих. Кстати, где наши мужчины? -Разговаривают о вечном, — фыркнула Беллатрикс. — То есть о делах. Вон там, на балконе. -Кроме Сириуса, он с детьми строит песчаный замок, — добавила Нарцисса и улыбнулась. — Он так трогательно не умеет вести себя с Гарри... -Рабастан еще более трогательно не умеет вести себя с Лизой, — вздохнула Джейн и пригорюнилась. — Спасибо, у него голова на плечах есть! -У кого?! — переглянувшись, спросили сестры Блэк. -У Рабастана... Такой несчастливый парень, — сказала Джейн без тени улыбки. — Ну да ничего, образуется помаленьку! Где моя чашка? Спасибо... А в тени утеса Драко спросил Руди: -Теперь все в порядке? -Кто его знает, — ответил тот, прикрыв глаза. |
