— Я боюсь, — надтреснутым голосом сказала она.

— Я понимаю, — сказал Алан.

— Что же будет?

— Мы не знаем. Ты будешь любить ее, — сказал он. — Я буду заботиться о ней. Все остальное сокрыто мраком.

Диана прикусила губу. Потом кивнула. В коридоре раздался звонок, и мимо прокатили тележку с обедом.

— Слава богу, ты с нами, — сказала она так тихо, что Алан не сразу услышал ее. — Спасибо тебе за то, что нам было к кому возвращаться.

— Слава богу, что вы вернулись, — прошептал он в ответ и еще крепче сжал ее в объятиях. Она ощутила тепло, исходившее от его сильного тела. Диана подумала обо всех тех мгновениях, когда он утешал ее. Годы напролет она относилась к его доброте как к чему-то само собой разумеющемуся, но сейчас, испытывая безграничную благодарность, она поняла, что больше никогда не сможет принимать его чувства как должное. Еще никогда она так не нуждалась в его поддержке, как в этот тревожный момент.

— И сколько же получается? — спросила Люсинда.

— Значит, так, — сказала Эми, глядя на список. — Остров Принца Эдуарда, Новая Шотландия — две провинции. Затем граница между Канадой и Соединенными Штатами, это три. Потом Мэн, это четыре.

Они считали границы, которые им предстояло пересечь, возвращаясь в Хоторн. Люсинда хотела чем-нибудь заполнить свободное время, чтобы отвлечься от размышлений о том, что могло произойти с Джулией. Она сама с трудом держала себя в руках, а Эми ужасно нервничала и постоянно спрашивала ее, скоро ли они приедут.

— А Джулия поправится? — спросила Эми.

— Надеюсь, что да, — ответила Люсинда.

— Что случилось, когда она начала трястись?

— У нее был припадок.

— Что-то вроде приступа? — спросила Эми.

— Да, очень похоже, — сказала Люсинда.

— Я испугалась, — тихо призналась Эми, — когда у нее изо рта потекла кровь.

— Она прикусила язык, — ответила Люсинда. — Но не по своей воле.

— Я думала, что она умирает, — сказала Эми.

— Ммм, — сказала Люсинда, смотря на шоссе.

— Люсинда, а Джулия умрет?

— Когда-нибудь, дорогая.

— Мы все когда-нибудь умрем, — сказала Эми. — Как мой папа, и Эммет, и брат доктора Макинтоша Нил. Но когда кто-то еще молод, как Нил или Джулия, на мой взгляд, это несправедливо. Как вообще такое может случиться?

— Бог выбирает время, — сказала Люсинда. — Он решает, что этот человек нужнее ему на небесах, а не нам на земле.

— Но почему Джулия, — спросила Эми, разглядывая сосновый бор за окном, — нужна ему больше, чем я?

— Во-первых, — сказала Люсинда, — это тайна. А во-вторых, до этого еще далеко. Мы лишь знаем, что у Джулии был припадок, и Алан настоял на том, чтобы ее отвезли домой для обследования. Она попадала в переделки и почище этой, дорогая. Джулия еще удивит тебя.

— Я тоскую по ней, — сказала Эми, расковыривая дырку на коленке джинсов.