Делать вид, будто она не понимает его намеков, было бы совершенно бесполезно. Да Клэр и не пыталась изображать святую невинность.

— А вы, однако, крайне высокого о себе мнения, — колко заметила она.

Похоже, ответ позабавил Маркоса.

— Это сейчас говорит ваша английская половина. А кровь Малаветиса за меня.

Вот сейчас бы и открыть ему правду! Но слова не шли…

— Как ни признательна я вам за то, что вы взяли на себя ремонт моей машины, но подружкой ваших милых игр я не стану, и не надейтесь, — сказала она вместо этого.

— Подружки по играм бывают у детей, — возразил Маркос, ничуть не смущенный гневной отповедью. — А мы с вами уже давно не дети.

— Мы с вами совершенно чужие друг другу люди, — отчеканила Клэр. — Вы ничего обо мне не знаете.

— Ну так расскажите, — предложил Маркос. И снова Клэр упустила такую подходящую возможность! Почему-то она никак не могла найти в себе силы для решающего признания.

— Мне пора возвращаться, — повторила она.

— Тогда и я с вами.

Маркос поднялся со скамьи — высокий, гибкий и поджарый, точно пантера. Клэр напряглась, когда он шагнул ближе, но Маркос даже не попытался притронуться к ней. Молодые люди бок о бок зашагали обратно к дому. Девушка уловила слабый запах туалетной воды и с ужасом вспомнила, что сама-то еще не приняла душ и даже не причесалась.

— А вы всегда поднимаетесь рано? — поинтересовалась она.

— Как проснусь, так и встаю, — беззаботно ответил Маркос. — Не позже шести, а иногда и чуть раньше.

— Даже если ложитесь в третьем часу?

— Привычка. А когда устаю, устраиваю сиесту посреди дня. Смотря по тому, много ли дел.

— Должно быть, у вас их хватает.

— Когда как.

Молчание затянулось. И снова Клэр пришлось придумывать тему для продолжения светской беседы.

— Вы превосходно говорите по-английски, — не покривив душой, похвалила она.

— Пожалуй, слегка книжно.

— Это не беда. Мой школьный учитель всегда говорил, что лучше следовать классическим образцам, чем «варварству», как он называл современную манеру выражаться.

— Кстати, позвольте полюбопытствовать? — Настала очередь Маркоса украдкой взглянуть на свою спутницу. — Зачем вы приехали в Домокос, если отец ваш родом из Фив?

Признайся же! Покончи раз и навсегда со всякими недоразумениями! Внутренний голос настоятельно призывал Клэр действовать, но она вновь не вняла ему.

— Ну… он жил там, — ответила она, в душе кляня свою оговорку. — Но родился здесь. Вот я и решила заехать еще и сюда.

— Понятно. — Маркос явно недоумевал, почему она ни слова не сказала об этом накануне вечером. — Признаться, не могу припомнить семейства с такой фамилией, — продолжил он несколько секунд спустя. — Но старожилы наверняка должны что-то помнить. Попробую навести справки.

Ох, все глубже в болото! Клэр совсем приуныла. Ну что, скажите на милость, заставляет ее выдумывать все эти небылицы? Ее, такую правдивую!

Молодые люди дошли до дома. Опередив спутницу, Маркос открыл перед ней дверь. От его близости кружилась голова, сердце готово было выпрыгнуть из груди. А тут еще промокшие после прогулки по росе босоножки скользили на мраморном полу террасы. Так что Клэр оступилась и упала бы, не подхвати ее Маркос.

— О, будьте осторожнее!

Он не пытался отпустить ее — так и стоял, обвив рукой тонкую талию и крепко прижав Клэр к себе.