Клэр в полном смятении уставилась на него. Но потом постепенно до нее дошло.

— Так это и было твое неотложное дело? — пролепетала она.

Маркос подтвердил ее догадку.

— Мои адвокаты начали заниматься этим уже давно, однако оставалось уладить множество деталей. С сегодняшнего дня мы с тобой партнеры во всех смыслах этого слова.

Клэр рухнула в кресло как подкошенная. Волшебная сказка — так Лайза назвала ее замужество. Но не до такой же степени!

— Не надо было этого делать, — запротестовала она. — Мне ничего не нужно…

— Это совершенно необходимо, — оборвал он ее. — Случись что со мной, ты станешь полновластной и единственной владелицей «Орестиос», как было бы, если бы Никос остался жив.

— О чем это ты? — встревожилась Клэр. — Почему с тобой должно что-то случиться? Скажи, ведь с тобой все в порядке, да?

Жесткая линия рта смягчилась легкой улыбкой.

— Тебе было бы больно потерять меня?

— Ну конечно! — горячо вскричала Клэр, сердце которой сжалось от боли. — Маркос, скажи, неужели…

— Насколько мне известно, я абсолютно здоров, — заверил ее муж. — Но всякое ведь бывает. Единственное, о чем я прошу тебя, — это в случае чего позаботиться о моей семье.

— Разумеется. — Клэр не хотелось даже думать о такой возможности. Она зажмурилась и порывисто произнесла: — Прости, что не оставила тебе записки. Я вела себя, как свинья.

— Думается, виной тому независимая английская половина твоей натуры, — более спокойным тоном, чем раньше, отозвался Маркос. — Ну как, проблем не возникало?

— Ничего, с чем бы я не могла справиться, — сообщила Клэр. — Посмотрела Акрополь.

— Вот и замечательно. Вечером мы обязательно еще побродим по городу вдвоем. Ты не представляешь, как хороши ночные Афины! А теперь… — И он лукаво посмотрел на нее.

Клэр зарделась. Пульс ее участился, сердце чуть не выпрыгивало из груди. Неужели когда-нибудь я перестану мечтать об этом, гадала она, вновь оказываясь в страстных объятиях мужа. Нет, не может быть…

Медовый месяц прошел точно сладкий сон. Молодожены провели его в Испании, но не на каком-нибудь шумном многолюдном курорте, а в крошечном отеле одного небольшого городка. И пусть там не было и половины удобств и роскошеств афинских апартаментов, Клэр наслаждалась каждой минутой ее жизни с Маркосом.

Увы, все хорошее когда-нибудь кончается. Расхожая фраза, но легче от этого не становится. Клэр побаивалась возвращения в «Орестиос». Она так и не привыкла к мысли, что отныне ее дом — там. До чего же не хочется сносить нападки Олимпии. А София? Вдруг и она настроена против невестки? Лишь встреча с Элеаной сулила радость.

С каждым километром, что приближал ее к «Орестиос», молодая женщина нервничала все сильнее. Шесть недель назад она думала, что уезжает оттуда навсегда. Кто бы подумал, что она вернется полновластной хозяйкой, женой Маркоса?

В лучах заходящего солнца вилла казалась еще прекраснее, чем запомнила ее Клэр. Выйдя из машины, молодая женщина замерла, восхищенно оглядываясь вокруг.

— Добро пожаловать домой, — шепнул ей на ухо Маркос.

Не успела она ответить, как в дверях показалась София. Опираясь на трость и заметно прихрамывая, она с распростертыми объятиями устремилась к сыну с невесткой.

— Как же я ждала этой минуты! — воскликнула она. — Ну же, дорогая моя девочка, дай мне тебя обнять!

Безмерно растроганная и обрадованная столь теплым приемом, Клэр поспешила к ней.