Вячеслав, сузив глаза, зло посмотрел на бывшего старшину.

— Хочешь меня убить?

Майор удивился почти искренне.

— Зачем? — убрал руку с плеча и отошел на шаг. — За кого вы меня принимаете, Вячеслав Соломонович?

— За козла. Ведь, это ты убил Сергея.

— Вот и ошибочка, — лысый наклонил голову вбок и хитро прищурился. — Его убил сепсис. Даже медработники, случается, забывают об элементарных правилах гигиены.

Он улыбнулся, опять почти искренне.

— Я вижу, у вас еще есть вопросы. Так куда же вы спешите?

Слава оглянулся на застывших в стекле автоматчиков и ухмыльнулся.

— Ну, что ж, давай поговорим. У тебя, поди, тоже вопросов накопилось?

— Думаю, не так много, как у вас, — и снова улыбка. — Присядем?

Майор широким жестом указал на открытую дверь воронка. Слава оглянулся вокруг, подошел к тротуару и опустился на бордюр. Приглашающе хлопнул ладонью по камню рядом с собой. Лысый ухмыльнулся, дернул плечом и присел рядом.

— Ну-с, так и быть — ваш вопрос первый.

— Кто ты? — Слава смотрел на пустое теперь окно.

— Человек, — майор очень хорошо изображал удивление. — Такой же, как и…

Он сделал паузу, посмотрев на застывших милиционеров, и с улыбкой повернулся к Славе.

— Почти такой же, как и вы, — на «почти» он сделал премерзкий многозначительный акцент.

— И на кого работаешь?

— На людей. Но это был второй вопрос. Теперь моя очередь, — он сделал паузу. — Кого вы хотите спасти? Себя, Сергея или тот мир, с которого все для вас началось?

— А это не одно и то же?

— Не надо на вопрос отвечать вопросом.

— Хорошо. Я хочу, чтобы все было, как прежде.

— И вы готовы отказаться от своих сверхвозможностей? — майор ухмыльнулся.

— Да. Это возможно?

— С некоторыми оговорками…

— Например?

Лысый с улыбкой поднял правую руку, соединив большой и средний пальцы.

— Например, должен будет погибнуть этот мир. С девушкой за решеткой, которая звала вас на помощь. Вон с той женщиной и ее ребенком. И еще с пятью миллиардами людей. Скажите «да», и я…

— Нет!

Во время разговора Слава потихоньку вытаскивал рубашку из штанов, заводил за спину руку и строил позади себя портал.

— Я тебе не верю, — Кротков приставил к колену майора пистолет, похожий на полицейский «вальтер» и нажал на спусковой крючок.

И тут же кувырком перекатился назад, исчезнув в портале.

12.26 . Среда 11 мая 1988 г., г. Ленинград, наб. р. Пряжки, Психиатрическая больница N2, map #1836.

Инсулиновая была единственной палатой на этаже, отделенной от коридора. Не дверью, нет. В проеме висела простыня. Погружаемым в инсулиновую кому пациенткам как-то все равно, а остальным постояльцам лучше этого не видеть. Хотя от криков такая дверь, конечно же, не спасала.

Именно в этой простыне Антон и запутался, выскочив на шум и возню из надзорной.

— Спасите моего сына!

Ирина изо всех сил дернула на себя решетку. И еще раз. И еще… Из горла вырвался булькающий рык, вместивший в себя весь ее ужас и всю надежду.

— Сюда! — Валя вскочила, с грохотом уронив стул.

Из коридора донесся топот и сдержанные ругательства запутавшегося в простыне доктора.

— Слава!!!

— Эй, эй! Так нельзя, девочка, — Валя крепко обхватила ладонью Ирино запястье.