Форсов допускал, что она сказала правду. Он изначально подозревал, что в команде промышленных террористов есть свой психолог – так меньше риска ошибиться при выборе жертв. Однако для такого не нужен крутой профессионал, достаточно и среднего уровня, чтобы выделить уязвимых, внушаемых людей.

Инна Валерьева была на среднем уровне или ниже. Чем дольше Николай наблюдал за ней, тем больше укреплялся в этой мысли. Да и потом, он никогда не слышал это имя – при том, что приезжающие в Россию обладатели иностранного паспорта частенько получали незаслуженное внимание в профессиональной среде. Следовательно, эта Инна не публиковала никаких значимых работ, а на лекциях и конференциях оказывалась исключительно как слушательница.

– И какую же роль вы играете в семье Валерьевых? – спросил он.

Оставалась еще крошечная вероятность того, что Инна – действительно его фанатка, которая неверно поняла его намеки. Настолько крошечная, что Николай и не думал в нее верить, однако не позволил себе небрежность, ему нужно было знать наверняка. Если так, Инна удивилась бы настолько необычному вопросу, обязательно начала бы уточнять, что Форсов имеет в виду…

Но она не удивилась.

– Я жена Олега Валерьева, это журналист-международник, слышали о таком?

– Доводилось.

– Я передам, Олегу будет приятно! Они с братом сейчас в России, у них дела. Ну и я решила присоединиться, очень люблю эту страну!

– Исключительно из-за любви к стране? А как же ваша собственная работа – жертвуете ею ради мужа?

– Хороший профессионал везде будет востребован, – заметила Инна. – Да и Олег никогда не дает отлынивать ни мне, ни своему брату. Его можно понять: для него работа всегда на первом месте. Он не терпит ни лентяев, ни тех, кто становится на его пути.

Вот и началась та часть разговора, ради которой Форсов это затеял. Он знал, что Инна будет осторожна – и что она оценивает его точно так же, как он оценивает ее. Правда, результат будет другой, но стараться она не прекратит.

– Прозвучало как-то угрожающе, – признал Николай. – Что же он делает с теми, кто оказался на его пути?

– Ой, да, вы правы, смешно получилось! Как будто он какой-то преступник, а не журналист! Нет, ничего плохого Олег не делает, он просто знает, как устранить конкурентов. Вы не поверите, но чаще всего он с ними договаривается!

– Почему же? Поверю, хотя и отмечу, что умение договориться с врагом дорогого стоит. Как ему удается?

– У людей свои приоритеты, – ответила Инна. – Безопасность. Деньги. Достижения. Олег встречается с такими людьми и говорит, что главное для него – работа. Потом он спрашивает, что же главное для них. Как правило, общий язык они находят всегда.

Все оборачивалось очень любопытно. Николай прекрасно знал, что Инна сейчас думала о нем. Она решила, что старый профайлер разобрался, с какой серьезной силой связался, но и себя он оценивает здраво, а потому потребует компенсацию за дальнейшее молчание и бездействие. Большинство «конкурентов», о которых она говорила, наверняка поступали именно так. Да и безопасность она упомянула не зря, она дала понять, что лучше сразу хватать пряник и не проверять, насколько сильно бьет кнут.

Николай же пришел с совершенно иной целью. Он ни на миг не забывал о том, что Валерьевы – исполнители, их возможности напрямую зависят от возможностей заказчика. Уже то, что кто-то привлек преступников из Канады, делало их услуги очень дорогими. То, что Олег и Лев, да и Инна, судя по речи, тоже, потомки русских эмигрантов, никого не волновало. Организация канадская, значит, канадские и расценки.