|
Во-первых, он этого хотел. Аннетт очень быстро убедилась: если мужчина чего-то по-настоящему хочет, он найдет способ это получить. Во-вторых, им было удобно встречаться, не вызывая подозрений: ресторанный комплекс отлично подходил для собраний клуба. Правда, это обходилось дороже, чем аренда обычной кулинарной студии. Но Жора никогда не требовал объяснений, Аннетт просто называла ему сумму – и он эту сумму выдавал. Ну а в-третьих, Аннетт почему-то особенно забавляло то, что она изменяет мужу с армянином. Она и сама не смогла бы объяснить, что тут забавного. Но это же… как в каком-нибудь анекдоте! Анекдотов она знала не так уж много, однако не сомневалась, что на эту тему уже что-нибудь придумали.
Так что все шло хорошо, замечательно даже, до недавних пор. Зачем мужчинам все портить? Ответа на этот вопрос Аннетт не знала, да и искать настроения не было, она просто злилась. Карен объявил ей, что они расстаются – он, видите ли, встретил женщину, на которой собирается жениться, и не хочет ее обижать. Скажите пожалуйста, о ценности семьи он задумался! Знал ведь прекрасно, что Аннетт замужем. Получается, ее семью разрушать можно, а его – нет? Да и вряд ли он прямо так взял и влюбился, скорее всего, ему привезли с гор какую-нибудь восемнадцатилетнюю дуру и велели на ней жениться – армянские традиции Аннетт представляла примерно так. Она решила, что бросать ее нельзя, это задевает ее лучшие чувства, и уперлась. Она объявила Карену, что совершенно не возражает против его брака, но их встречи продолжатся. Если же кое-кто решит изображать примерного семьянина и упрется, Аннетт все силы бросит на то, чтобы сорвать его свадьбу. – Ты совсем ненормальная? – поразился Карен. – Я ведь тоже могу кое-что рассказать твоему мужу! – А давай! – рассмеялась Аннетт. – Давай, сделай, посмотрим, сможешь ли ты! Но ведь тогда и твоя благоверная узнает, чем ты занимался. Вперед! Конечно же, он этого не сделал. Но она сразу почувствовала, что не сделает – распознала по его злости. Похоже, он действительно влюбился… Это почему-то разозлило Аннетт еще больше. Не то чтобы она любила Карена, вот вообще нет. Но то, что он не влюбился в нее, она сочла чуть ли не оскорблением. Поэтому она заставила его тайно встречаться с ней, ну и конечно, очередная годовщина кулинарной студии должна была пройти в «Эвдемонии». Это и логично, и еще один способ показать Карену, что никуда он не денется. Аннетт все организовала, она уже предвкушала это событие, когда праздник вдруг оказался на грани срыва: к ней явилась полицейская. Точнее, должность у нее была сложная, что-то там связанное с психологией и консультациями. Но Аннетт помнила, что в кино рядом с полицией всегда появлялись психологи, которые очень нужны для поимки маньяков. Получается, молодая женщина, которая к ней пришла, занималась действительно серьезными делами. Сама следовательница подтвердила это, когда продемонстрировала Аннетт набор фотографий. Обгоревший пол и стены, неподвижные тела, зеркала, покрытые кровью… – Ой, уберите! – потребовала Аннетт. – Господи, ну зачем показывать такое? Могли бы просто сказать, я бы поверила! – Иногда увидеть важнее. – Зачем, чтобы ночные кошмары получались поярче?! – Чтобы понять, насколько все серьезно, – пояснила следовательница. – То, что я вам показала, – теракты, устроенные одной группировкой. Мы предполагаем, что ваша студия тоже в опасности. – Но почему? Мы же им ничего не сделали! Зачем мы понадобились каким-то там террористам?! – Дело не в вас лично. Им нужен шум – и ваше мероприятие дает для такого шума основания. Это, как ни печально, было правдой. Аннетт прекрасно знала, что члены ее клуба – жены очень непростых людей. |
