Да, Гарик определенно пришел в себя. Настолько, что Матвею даже пришлось возвращать его в нужную колею:

– По делу что?

– Раньше занимался всяким-разным: продавал машины, рисовал листовки, в кофейне работал, не при Майе будет сказано. Но уже почти десять лет развивает свой блог. Начинал за собственные деньги, точнее, за родительские – я б тоже заплатил, чтобы такого родственника подальше отослать. Но наделен не только харей, но и харизмой, дело пошло, у него появились спонсоры и рекламодатели. А еще за тридцать девять лет жизни его ни разу не видели с девушкой, но я отказываюсь говорить, может ли это быть связано со спонсорами и рекламодателями.

– Это вряд ли имеет для нас значение, – покачал головой Матвей. – А вот то, что он ведет блог давно – важно. Это работа, требующая значительного количества времени. То же самое с организацией сложных проектов, пусть и преступных.

– Получается, он не при делах? – спросила Таиса. – В смысле, это просто совпадение, что он шлялся там, где потом люди погибли?

– А вот тут есть нюанс, – заявил Гарик. – То ли он все-таки непростой блогер, то ли нога у него уж очень несчастливая, но то, что произошло в России, не первый случай внезапных последствий для места съемки. Я просмотрел его ролики, проверил, случалось ли что-нибудь после него. В большинстве случаев – нет, все чисто, но так и должно быть для полноценного прикрытия. Мне все равно удалось накопать несколько нехороших историй, причем нехорошими они становились в течение года после того, как Лео там зубами сиял.

– Нормальный рабочий срок, – оценил Матвей.

– Вот и я о том. В Испании после его погулюшек в отеле произошло массовое отравление. В Германии завелся маньяк, охотившийся исключительно на наследниц богатых семей. Кстати, так и не поймали, якобы сам наигрался – полагаю, когда убил кого надо. В ЮАР вообще появилась загадочная группировка, в результате атак которой перераспределился местный рынок углеводородов. Но чаще всего, когда такое происходило, Лео или не было в стране, или проходил значительный срок после его съемок.

– Год – не такой уж значительный срок.

– Ой, да там даже через месяц никто не докопается!

Матвей не узнавал такие подробности, однако он просмотрел несколько роликов Лео. Что бы ни ворчал Гарик, работал блогер профессионально, ни у кого и мысли бы не возникло, что он – подставное лицо. Он уже получил какую-то награду за свой канал, а количество его подписчиков лишь увеличивалось.

Так что вряд ли именно он спланировал настолько сложные нападения. Да и слишком молод он для этого… Да, тридцать девять – это далеко не младенец, но, если Лео родился и вырос в Канаде, он вполне мог растянуть себе детство лет до тридцати.

При этом его нельзя было недооценивать. Если он мелькал на стольких проектах, он не очередная марионетка уровня Юбера, ему доверяют, он достаточно важен, чтобы быть на прямой связи с руководством.

Именно за это и нужно было держаться.

– Есть сведения по близкому кругу его общения? – поинтересовался Матвей. – Можем для начала определить хотя бы пять потенциальных кураторов?

– О, у меня есть кое-что получше! – победоносно заявился Гарик. – Точнее, это есть у Лео. Вот это.

Он переключил кадр, и на экране ноутбука появилось другое фото. Мужчина на снимке, вероятнее всего, был ровесником Лео или немного старше, однако за счет выбора строгого стиля в одежде и классической стрижки смотрелся чуть ли не отцом экстравагантного блогера. К тому же, если сравнивать с теми фото, где Лео не утруждал себя гримом и килограммами пирсинга, эти двое были заметно похожи: одинаковый разрез глаз, носы с легкой горбинкой, на некоторых фотографиях – схожая мимика, которая часто формируется у членов одной семьи.