Хлоя так быстро обо всем этом рассказывает во время просмотра, что я невольно улыбаюсь.

– Почему ты надо мной смеешься? – недовольно восклицает она, показав все видео.

– Смотрела «Троллей»?

– «Троллей»? – переспрашивает она.

– Ага. Мультфильм. Там, где Розочка. Ты – вылитая она.

Она широко открывает рот от негодования.

– Давай-ка проясним. Ты только что назвал меня троллем? – Она пихает меня кулаком в плечо, и я начинаю смеяться.

– Вообще-то, я имел в виду, что ты подозрительно болтливая и чересчур активная.

Она замолкает и трудно сглатывает, не сводя с меня взгляда. Я медленно убираю выбившуюся прядь волос ей за ухо.

– Никогда не видел тебя такой.

– Меня уже много лет никто такой не видел. И давай сделаем вид, что этого не было, – шепчет она.

– Почему, Хлоя?

– Нам пора. – Она резко подрывается на ноги.

Я вскакиваю с места вслед за ней и, сам не понимая, что делаю, зарываюсь рукой в ее волосы, заставляя остановиться и взглянуть на меня. Ее янтарные глаза суетливо бегают по моему лицу, а биение сердце ускоряется. Его громкий стук отдается у меня в висках. Медленно провожу подушечками пальцев по ее шее, пытаясь унять собственное сердцебиение.

– Не закрывайся от меня, – выдыхаю я.

С ее губ тоже срывается вздох, а глаза наполняются слезами.

– Эштон… Я не могу.

– Не можешь что?

– Все… Я…

Опираюсь лбом о ее, пока моя грудь вздымается вверх и вниз.

– Ты ничего мне не рассказываешь. И я уважаю твое решение. Не задаю вопросов. Не пытаюсь влезть к тебе в голову. Я просто благодарю тебя за то… – Замолкаю, пытаясь подобрать то, что чувствую к ней, но проблема в том, что я и сам до конца этого не понимаю. – За нашу дружбу. Не отказывайся от этого. Через полторы неделю я улечу, Хлоя. И ты больше никогда меня не увидишь. Позволь нам обоим провести это время… – Я нервно облизываю губы и перехожу на шепот: – Не думая о том, что ждет нас за пределами острова.

Когда я отстраняюсь, то замечаю, что по ее щеке струится слеза. Смахиваю ее большим пальцем, и в этот момент Хлоя прикрывает веки и прижимается щекой к моей ладони.

В голове сейчас так много мыслей, которые разрывают ее изнутри. То, в чем я не желаю признаваться самому себе, отдается болью в сердце и затмевает разум. Я внушаю себе, что нужен ей. Что я делаю это для того, чтобы как-то помочь.

Вот только все это гнусная ложь. Правда в том, что она нужна мне гораздо сильнее, чем я мог себе представить.

ГЛАВА 19

 THE SCORE – HIGHER

Хлоя

Полчаса спустя мы подъезжаем к деревушке Анафонитрия, что находится над той самой бухтой Навайо. Я надеваю солнечные очки и осматриваюсь вокруг.

С такой высоты Ионическое море кажется бескрайним. Лазурная гладь переливается в лучах ярчайшего солнца, пятном выделяющегося на чистейшем небосводе. Теплый ветерок колышет ветви деревьев, растущих вдоль узенькой тропинки, ведущей к скалам. А запах растущих неподалеку сосен заставляет обонятельные рецепторы сходить с ума.

– Какой у нас план? – Я поворачиваюсь к Эштону, который задумчиво глядит вдаль.

Он поворачивается на мой голос, заставляя меня потеряться в его сияющих глазах цвета неба.

– Пусть будет сюрприз.

– То есть у тебя нет плана?

Уголки губ здоровяка медленно ползут вверх.

– Есть. Но тебе он не понравится.

Вскидываю бровь, на что Эштон лишь усмехается.