Очевидно, она хоть и утратила способность говорить, но стонать не разучилась, потому что адвокат тронул ее за локоть и заглянул в глаза с выражением тревоги. Губы его зашевелились, задавая какой-то вопрос. Но Вирджиния подняла руку, давая понять, что с ней все в порядке, после указала на стол, за которым они могли вести относительно нормальный разговор, приглашая обоих мужчин занять места.

— Миссис Десмонд, — начал Марк, — я хочу сообщить вам, что удовлетворен результатами проведенной экспертизы. И в связи с этим готов провести дополнительное расследование обстоятельств убийства вашего мужа. Однако должен сразу предупредить, что оно будет полностью беспристрастным. Вы утверждаете, что не помните, как все произошло, и не уверены в том, что не вы убили его. Верно?

— Да, верно, — ответила Вирджиния. — Но я хочу знать. Мне необходимо знать это.

— В таком случае считаю своим долгом сразу сказать еще одно. Что бы я ни обнаружил, я сделаю это достоянием гласности. Другими словами, если я обнаружу, что вы застрелили Лайонела Десмонда и Веронику Эррор, то обязательно передам полученные свидетельства в офис окружного прокурора.

— Миссис Десмонд, — вмешался в «разговор» Бернштейн, — предупреждаю вас, что я уже согласился на условие Марка, поскольку лично просил его о помощи. Так что, если вас оно не устраивает, возможно, вам лучше подумать заранее о смене защитника.

Марк, его зовут Марк. А ему идет — имя суровое и звучное, к тому же внушающее доверие, как и он сам, подумала Вирджиния и подняла глаза. Детектив и адвокат оба смотрели на нее, ожидая ее реакции.

Она улыбнулась, кивнула и ответила:

— Я не обманывала, когда говорила вам, детектив Стэтсон, что мне необходимо знать правду. Я не хочу больше бояться самой себя, бояться, что ко мне вернется память. Если я виновата, то отвечу согласно закону. И вы, мистер Бернштейн, не должны так говорить. Я доверяю вам.

— Тогда приступим к работе, — написал Марк. — Я хочу начать с самого начала. С вашего знакомства с будущим мужем.

— Как угодно, — ответила Вирджиния. — Но поскольку это займет немало времени, а час уже поздний, то могу я предложить вам сначала чашку кофе?

Марк с удовольствием согласился, поскольку его рабочий день начался больше четырнадцати часов назад. Эд же отказался, сказав, что присутствовать при их разговоре, к сожалению, не сможет.

— Сохраните для меня копию вашей беседы и перешлите по электронной почте, — попросил он.

Вирджиния согласно кивнула, протянула адвокату руку, прощаясь, и удалилась в кухню. Габриэлла была приходящей прислугой, а постоянную муж уволил незадолго до смерти, так что по вечерам и в выходные дни молодая вдова заботилась о себе сама. Впрочем, это ее не утруждало, скорее наоборот, вносило некоторое разнообразие в унылое течение дня и хоть на короткие мгновения позволяло отвлечься от сумрачных мыслей.

Сегодня, надо признаться, она не просто варила кофе, а священнодействовала, не торопясь, тщательно выдерживая технологию. И ее усилия увенчались успехом. Когда она внесла в библиотеку поднос с дымящимся кофейником и чашками, лицо Марка расплылось в непроизвольной улыбке предвкушения ожидающего его наслаждения.

— Вот это аромат! — воскликнул он, позабыв о том, что хозяйка дома не может его слышать.

Но Вирджиния увидела блаженное выражение его лица и испытала странное, но удивительно приятное ощущение удовлетворения, смешанного с удовольствием и легким беспокойством.

Наверное, нечто подобное чувствуют женщины, жены, обхаживающие мужей, возвратившихся домой после тяжелого трудового дня, изо всех сил старающиеся угодить им, помочь расслабиться и отдохнуть.