– Более чем, – кивнула я. – Но только есть еще одна, небольшая, можно сказать, проблема. Сегодняшние гости довольно определенно пообещали меня убить, а вашего «не беспокойся» как‑то совершенно недостаточно для достижения внутреннего состояния, подобного поверхности лесного озера в утренней тишине.

Дракон вяло махнул лапой.

– Ах, это. Погоди немного. – И, положив голову на лапы, он принялся выпускать облачка дыма.

Я спокойно ждала, рассеянно поглаживая Фарьку. К счастью, процесс размышлений занял у Зенедина всего около десяти минут, и я даже заскучать не успела, когда он открыл глаза и попросил:

– Напомни, какие еще ты нашла заметки на загадках книг Траэра?

Я без запинки сообщила:

– Адрес кафе, где обычно встречаются в городе студенты, и упоминание о некоем докторе Риче.

После небольшого анализа Зенедин резюмировал:

– Думаю, тебе стоит пообщаться с доктором. Требуемый порошок может иметь к нему отношение. Кафе же для нас интереса не представляет.

Я послушно кивнула.

– А о чем мне беседовать с доктором? И с какой стати он станет отвечать на мои вопросы?

Шипастый хвост раздраженно хлестнул по камню.

– Опять покорно расписываешься в полной непригодности к профессии детектива? Может, тебе сразу имя убийцы назвать? Деньги нужно заработать, не умеешь – учись, тем более что пока все довольно неплохо получается.

Толком не зная, как реагировать – то ли обидеться, то ли поблагодарить за комплимент, я просто снова кивнула.

– Вот и славно, договорились, – остался доволен дракон. – А теперь ступай прочь с глаз моих. Спать.

Пожелав спокойной ночи, я прихватила Фарьку, уселась на столь нелюбимый зверьком скурр и вскоре мирно дремала.

Утром, расплескав спросонья вокруг стакана молоко и вооружившись двумя подгоревшими булочками, я взяла монету в одну марку и подбросила ее. Орел. Значит, летим в город, беседовать с доктором. Первой лекцией сегодня снова была природная магия, и я надеюсь, Джо простит мне прогул. Позавтракав, я максимально строго оделась и, привычно оседлав скурр, отправилась в Теннет.

Везло мне как утопленнице – первые две справочные, куда я залетела, оказались закрыты. Одна на ремонт, вторая по непонятным простому обывателю и нигде не обозначенным причинам. К счастью, узнать, что бы я сделала, постигни та же судьба и третий пункт, куда я обратилась за информацией о докторе, не пришлось. Он был открыт, и сурового вида бабушка, полистав толстенный том, сообщила мне адрес практики Адофа Рича, и я, проверив наличие в кармане письменного распоряжения ректора, порулила в нужном направлении.

Приемная доктора выглядела богато, но ни одного желающего поправить пошатнувшееся здоровье пациента там не обнаружилось. Возможно, время было неподходящее и все больные еще нежились в кроватях. Мельком осмотревшись, я обратилась к сидящей за стойкой блондинке, лет от силы восемнадцати:

– Доброе утро. Мсье Галь Траэр…

– Секундочку, – почти сразу же прервала она меня, встав, выдвинула один из длинных ящиков за своей спиной и достала оттуда личную карточку пациента. Затем, вновь усевшись, сообщила: – Я вас слушаю.

Мгновенно перестроившись, я заговорила:

– Понимаете, мсье Траэр больше не сможет к вам прийти.

Девушка ойкнула.

– Неужели он уже…– Осекшись, она закрыла рот рукой.

– Что уже? – насторожилась я.