Альфред умолк и провел рукой по своей лысине.

— Стефан и Анна знали, что оставлять этого ребенка у себя опасно, но они — и все мы — ничего не могли поделать с собой. Потому-то они и назвали мальчика Бэйн, «погибель».

— А что в этом было опасного?

— Через год, в тот день, когда Анна родила своего ребенка, к нам явился мистериарх из Верхнего царства. Поначалу мы сочли это за честь — ведь такого не случалось уже много лет: чтобы один из могущественных магов Седьмого Дома снизошел до того, чтобы оставить свой блистающий мир и спуститься к нам, простым смертным. Но наша радость и гордость быстро угасли. Ибо Синистрад был злым волшебником. И он позаботился о том, чтобы мы сразу поняли это и боялись его. Он сказал, что явился оказать честь маленькому принцу и принес с собой дар. Когда Синистрад взял младенца на руки, все сразу поняли, кто настоящий отец Бэйна. Но мы ничего не могли поделать — что сделаешь с могущественным волшебником из Седьмого Дома? Триан — один из искуснейших магов во всем королевстве, но он принадлежит всего лишь к Третьему Дому. И нам пришлось с улыбкой смотреть, как мистериарх надел на ребенка это перо. Потом Синистрад поздравил Стефана с наследником и удалился. То, как он произнес слово «наследник», заставило нас всех похолодеть. Но Стефан ничего не мог поделать. Наоборот, он стал еще больше заботиться о мальчике, хотя сам вид ребенка сделался ему противен.

Хуго, нахмурившись, потянул себя за бороду.

— Но что может понадобиться волшебнику из Верхнего царства у нас, в Срединном царстве? Они ведь удалились туда много лет назад, по собственной воле. И их земля так богата, что нам и во сне не приснится — по крайней мере, так говорят.

— Я же сказал, что это неизвестно. У Триана были свои теории — самое очевидное, разумеется, что они хотят нас завоевать. Но если бы они хотели править нами, они могли бы явиться сюда целой армией и в два счета разбить все наши войска. Нет, это бессмысленно. Стефан знал, что Синистрад общается с сыном. А Бэйн искусный шпион. Мальчик знал все тайны королевства и передавал их своему отцу. Это мы знаем точно. Но это не страшно. За эти десять лет наша мощь намного выросла. Так что если мистериархи хотели завоевать нас, им проще было сделать это раньше, чем теперь. Но в последнее время произошло нечто, что заставило Стефана избавиться от подменыша.

Альфред выглянул наружу — мальчик был на прежнем месте, видимо рассматривая город, хотя явно устал и уже не стоял, а сидел на камне. Камергер придвинулся к Хуго и шепнул ему на ухо:

— Анна беременна!

— А-а! — Хуго понимающе кивнул. — Стало быть, на подходе новый наследник, и они решили избавиться от прежнего. А как же заклятие?

— Триан разрушил его. Ему потребовалось для этого десять лет непрестанных трудов, но наконец он добился успеха. И Стефан наконец смог… хм… — Альфред замялся.

— …Нанять убийцу, чтобы убрать принца. А вы давно об этом знали?

— С самого начала. — Альфред покраснел. — Потому-то я и последовал за вами.

— И вы хотели мне помешать?

— Я… — Альфред нахмурился и растерянно покачал головой. — Не знаю. Не уверен.

Темное семя запало в душу Хуго и пустило корни. Оно быстро разрослось, расцвело и принесло ядовитые плоды. «Я нарушил контракт. Но почему? Потому, что мальчишка живой стоит дороже, чем мертвый? Но ведь не он один. То же самое можно было сказать о многих людях, которых я подряжался убить. Но раньше я никогда не изменял своему слову, не нарушал контракта, хотя мог бы получить в десять раз больше, чем мне заплатили.