— А это, милостивый государь, всецело зависит от вас, — ответил мистериарх.

***

Одной из немногих постоянных комнат замка был кабинет волшебника. Но месторасположение его все время менялось, в зависимости от нужд и настроения Синистрада. В тот день кабинет находился наверху. Занавески были раздвинуты, и в окно лились последние лучи Соляруса.

На большом столе были разложены чертежи Кикси-винси, сделанные сыном волшебника. Одни из них изображали те части машины, которые Бэйн видел лично. Другие были сделаны с помощью Лимбека, и на них были те части Кикси-винси, которые были расположены в других частях Древлина. Чертежи были очень правильные и на редкость аккуратные. Синистрад научил мальчика, как чертить с помощью магии. Нужно было представить себе то, что хочешь нарисовать, а потом согласовать этот мысленный образ с движением руки.

Волшебник внимательно изучал чертежи, когда его оторвало от этого занятия приглушенное гавканье. Синистрад поднял голову.

— Что делает здесь этот пес?

— Он меня любит, — сказал Бэйн, обнимая собаку за шею. Они с собакой возились на полу, отчего, собственно, пес и гавкнул. — Он всегда за мной ходит. Он меня любит даже больше, чем Эпло. Верно, малыш?

Пес улыбнулся и застучал хвостом по полу.

— Ты уверен? — Синистрад воззрился на пса с подозрением. — А вот мне этот пес не нравится. Я ему не доверяю. По-моему, нам следует избавиться от него. В былые времена маги использовали подобных животных в качестве шпионов, посылая их туда, куда не могли проникнуть сами.

— Но Эпло-то не маг! Он просто… просто человек, и все.

— И доверять ему не стоит. Никто не станет держаться так спокойно и уверенно, если не думает, что ему по силам управлять положением вещей.

Синистрад косо посмотрел на сына.

— И еще мне не нравится это проявление слабости, Бэйн. Ты начинаешь напоминать мне твою матушку.

Мальчик нехотя разжал руки, встал и подошел к отцу:

— Мы могли бы избавиться от Эпло. Тогда я мог бы оставить собаку себе, а ты больше не волновался бы по этому поводу.

— Это интересная мысль, сын мой, — рассеянно ответил Синистрад, снова погружаясь в работу. — А теперь бери собаку и иди играть.

— Но, папа, он же не будет мешать! Если я ему прикажу, он будет вести себя тихо. Смотри, вот, он лег и лежит.

Синистрад посмотрел вниз и встретился глазами с собакой. Глаза у нее были удивительно умные. Мистериарх нахмурился.

— Он мне все равно мешает. От него псиной воняет. Уходите отсюда оба.

Синистрад взял один из чертежей, положил его рядом с другим и задумчиво уставился на них.

— Для чего же предназначена эта машина? Такая огромная… Что они задумали, эти сартаны? Уж, наверное, не просто механизм для собирания воды.

— Вода нужна ему для работы, — сказал Бэйн, влезая на табурет, чтобы лучше видеть. — Машине нужен пар, чтобы двигать машины, которые производят электричество, которое приводит в действие машину. Вероятно, вот эта часть машины, — Бэйн ткнул пальцем в чертеж, — предназначена для того, чтобы собирать воду и перекачивать ее в Срединное царство. Но, очевидно, это не основная функция машины. Я…

Тут Бэйн встретился глазами с отцом и осекся на полуслове. Синистрад молчал. Бэйн медленно слез с табурета.

Мистериарх молча вернулся к чертежам.

Бэйн направился к двери. Пес вскочил и весело побежал за ним, видимо решив, что сейчас с ним будут играть. В дверях мальчик остановился и обернулся.

— А я знаю! — сказал он.

— Что? — Синистрад сердито поднял голову.