— Ладно, — покорно сказал он. — Не буду.

— Ты — мученик идеи. Не забывай этого. И, ради нашего дела, постарайся выглядеть соответственно! — Она неодобрительно оглядела его плотную фигурку.

— По-моему, ты даже растолстел!

— Да, кормят тут неплохо…

— В такое время, Лимбек, ты мог бы думать не только о себе! — возмутилась Джарре. — У тебя всего одна ночь. Похудеть ты, конечно, не успеешь, но постарайся сделать все, что можно. Ты не мог бы набить себе парочку синяков на видном месте?

— Боюсь, что нет… — трусливо промямлил Лимбек — он прекрасно знал, что на такое не способен.

— Ну что ж, придется обойтись без этого, — вздохнула Джарре. — Но, по крайней мере, постарайся выглядеть настоящим мучеником.

— А как это?

— Ну, знаешь, таким — мужество, достоинство, вызов, прощение…

— Что, все сразу?

— Да, обязательно. Очень важно показать, что ты их прощаешь. Можешь даже сказать что-нибудь на эту тему, когда тебя будут привязывать к птице.

— Прощение… — пробормотал Лимбек, запоминая наставления.

— А когда тебя будут сталкивать с обрыва, надо крикнуть что-нибудь вызывающее. Что-нибудь вроде: «СОПП жив! Им не сломить нас!» И что ты еще вернешься.

— Вызов… СОПП жив… Я вернусь… Как «вернусь»? — Лимбек вскинул голову и близоруко уставился на Джарре.

— Конечно, вернешься! Я же говорила, что мы тебя вытащим, и мы тебя вытащим. А что ты думаешь, мы так и дадим им казнить тебя? Еще чего!

— Ну, я…

— Ну трус же ты! — сказала Джарре, взъерошив ему волосы. — Так вот, ты знаешь, как устроена эта птица?

Над городом разнесся вой гуделки. В решетчатом окошке в двери показалась толстая физиономия тюремщика.

— Время! — крикнул он и зазвенел ключами. Джарре подбежала к двери.

— Еще три слова, ну пожалуйста! Тюремщик нахмурился. Джарре показала ему увесистый кулак:

— Не забудь, что я отсюда выйду! Тюремщик пробормотал что-то невнятное и удалился.

— Так вот, — обернулась Джарре, — о чем это я? Ах да. О птице. Лоф Елекстрик…

— А это кто такой? — ревниво перебил ее Лимбек.

— Он из обделения Елекстриков, — торжественно объявила Джарре. — С помощью этих громовых птиц они собирают лепестричество для Кикси-винси. Лоф говорит, что тебя привяжут к двум огромным деревянным крыльям с перьями тира и на большом канате. Потом тебя столкнут вниз, к Ступеням Нижних Копей. Тебя понесет ветром, будет хлестать дождем и градом…

— И молниями? — опасливо спросил Лимбек.

— Нет, молний не будет, — успокоила его Джарре.

— А почему тогда эта штука называется громовой птицей?

— Просто называется, и все.

— Но ведь я же тяжелый? А вдруг я не полечу, а упаду вниз?

— Конечно, упадешь! Слушай, не перебивай меня!

— Хорошо, — покорно сказал Лимбек.

— Эта штука будет падать. Канат порвется. Птица в конце концов упадет на один из островов Нижних Копей.

— Да? — Лимбек побледнел.