— Странный брак, — сказал герцог. — Если бы эта девочка была моим вассалом и я подбирал бы ей мужа, я бы выбрал кого-то иного.

— Совершенно с вами согласна.

— Кстати, раз уж зашел разговор… Агни не успокоилась?

— Да нет, все еще капризничает, — пожала плечами герцогиня. — Как всегда. Ни с кем, кроме меня, Стара, Вии и немного Гаева общаться не желает. Не замечает не только слуг — даже моих фрейлин. И постоянно ноет, как она хотела бы сменить это тело. Слишком старое, — герцогиня поморщилась.

— Стар ей, безусловно, не позволит.

— Разумеется. Однако вам стоит учитывать, что он ее не бросит. Поэтому если вы держите в уме некий династический брак, вам следует поразмыслить над другими возможностями.

Герцог перевел взгляд в окно.

— Вам не кажется, что тогда тоже шел снег?

— Когда? — спросила герцогиня Аннабель.

— Когда мы с вами познакомились.

— Нет, милорд. Было очень холодно, но снега не было. Он пошел на следующий день… когда вы едва не рассорились с моим отцом.

Герцог молчал.

— Я иногда думаю… — сказала герцогиня. — Повернись все немного по-другому… пророчицей могла оказаться сестра, а не я. И тогда…

— В таком случае мне пришлось бы обойтись без помощи пророчицы, — пожал плечами герцог. — Или же я уговорил бы Малькольма жениться на леди Виктории. Кстати, тогда у вашего отца и вовсе не было бы повода для ссоры: обе дочери оказались бы пристроены.

— Бедный Малькольм, — улыбнулась Аннабель.

Она не строила иллюзий относительно своей сестры.

Герцог улыбнулся тоже. Посмотрел на руку герцогини, как раз коснувшуюся ладьи, чтобы сделать последний ход, и подумал, что у нее невозможно красивые руки — особенно для женщины, которая столько упражняется с мечом и луком.

Герцогиня посмотрела на доску. Безнадежная ситуация, право слово… Миледи временами была отчаянно счастлива с мужем, но тщательно взлелеянная и оберегаемая от него мечта у нее осталась.

Вот если бы Хендриксон, этот блестящий стратег и тактик, научился как следует играть в шахматы, ее брак приносил бы ей полную духовную и интеллектуальную гармонию.

Конец первой книги