Марсий и ухом не повел.

Протиснувшийся следом министр робко начал:

— Ваше Величество, послы Гиркании, Морабии и Изумрудных гор ждут уже второй час и…

Но под свирепым взглядом монарха тут же испарился.

— Так о чем это я, Цветочек? — протянул Марсий, обращаясь ко мне, но неотрывно наблюдая за тем, как Уинни наливает суп. Покончив с этим, она протянула ему тарелку. — Еще перечно-томатной заправки.

Гоблинша скривилась, демонстративно вылила всю оставшуюся плошку заправки (она пользуется популярностью в Затерянном королевстве, но у меня от одной капли из глаз текли слезы) и небрежно протянула ему тарелку.

— И укропа.

Та затряслась от злости и стала насыщенно-болотного оттенка. Мадам Лилит наблюдала за всем этим, брезгливо поджав губы. На Уинни она смотрела, как на опасное насекомое, которое нужно раздавить. Раздатчица медленно отвернулась, исполнила приказ и снова повернулась.

— И ложку.

Натянутая струна лопнула.

— Вот тебе ложка! — выпалила она и швырнула ее в суп. Жижа брызнула в разные стороны, окатив абсолютно всех. Нашим с Уинни платьям было нечего терять, чего не скажешь о нарядах остальных двоих. Особо смачная капля попала мадам Лилит на нос и стекла. Увидев это, гоблинша расхохоталась. Марсий вскочил, красный от злости и заляпанный с ног до головы.

— Ты… ты! — зарычал он и занес руку — пару мгновений я ждала, что на одну чугунную статую в этом зале станет больше. Уинни не шелохнулась, скрестив руки на груди и с вызовом глядя на него.

Тут снова заглянул давешний министр.

— Ваше Величество, — пролепетал он со страдальческим видом, — герцог Вирсавии…

И поспешно спрятался за дверь, о которую в следующую секунду разлетелась тарелка с остатками супа. Марсий повернулся к мадам Лилит и процедил:

— Первый советник, как вы относитесь к тому, чтобы ввести в моду чугунные костюмы для назойливых послов и герцогов?

— Отличная идея, Ваше Величество.

У меня отвисла челюсть: вот тебе и дипломатия!

Марсий схватил Уинни за руку и потащил к двери, на ходу оттирая салфеткой костюм. Гоблинша нехотя плелась за ним, даже не пытаясь скрыть злорадную улыбку.

— Обратно в камеру, — услышала я приказ короля, когда они вышли в коридор.

ГЛАВА27,

в которой мне делают предложение, от которого нельзя отказаться

Едва звуки шагов стихли, мадам Лилит обошла трон, по-хозяйски уселась на него и провела руками по лицу, словно сняла маску: выражение терпеливой благожелательности сменилось откровенным раздражением и усталостью. Перехватив мой взгляд, первый советник хмыкнула и вальяжно откинулась на высокую спинку с огромным черным бриллиантом в изголовье.

— Что?

— А вы не боитесь, что Марсий может вернуться? Или кто-нибудь из слуг заглянет и, мягко говоря, удивится, увидев вас в таком положении? Или скажете, что греете трон для короля в его отсутствие? Во дворце, как я заметила, не топят…

— Что-то вроде того, — хихикнула она. — Неужели ты до сих пор сомневаешься в моей фантазии и смекалке?

— В чем я ни капли не сомневаюсь, так это в вашем лицемерии.

Мадам Лилит пропустила выпад мимо ушей, ласково погладила подлокотник и блаженно зажмурилась.

— Ничего не могу с собой поделать, — призналась она. — Я столько лет ждала этого и теперь вся трепещу, как невеста в день свадьбы. Последние мгновения самые тягостные. — Она со вздохом открыла глаза, подалась вперед и сообщила с оживленным смешком, как будто мы были близкими подругами: — Знаешь, я даже пару раз спускалась сюда ночью, когда не могла уснуть, и примеряла трон.