Я подскочила к Атросу и поцеловала его в щетинистую щеку. Губы ощутили только холодок.

— Спасибо! Спасибо-преспасибо вам!

— Не за что, принцесса, — он машинально потер щеку и взглянул на ладонь. — В прямом смысле: это знание тебе не пригодится. Ты никогда не выберешься отсюда, а твой возлюбленный друг в жизни не попадет сюда, уж извини.

— Это неважно, — ответила я, едва сдерживая улыбку. Пусть Атрос и дальше так думает, ни к чему давать Кроверусу пищу для подозрений. — Просто знайте, что вы мне очень и очень помогли. Я ваша должница.

— Хорошо, что ты это понимаешь, — подмигнул он.

Ну что за неугомонный призрак! Я вздохнула, наклонилась вперед, вытянула губы трубочкой и зажмурилась. Холодка на губах не почувствовала, зато сползшая с плеча ночнушка вернулась на место. Я удивленно открыла глаза и увидела, что Атрос поправляет рюшечку.

— Как-нибудь в другой раз, принцесса.

В голосе почудилась грусть. Я решилась озвучить мысль, пришедшую в голову еще в пути.

— Вы именно так и умерли, — я осторожно указала на круглый шрам под лентами рубахи, — от стрелы? — Тон постаралась выбрать поделикатнее — вдруг Атросу неприятно вспоминать собственную кончину?

Он, против ожидания, приободрился:

— Не, это тут ни при чем. Умер я классически.

— А есть такая смерть?

— Сломал шею на охоте, — пояснил он.

— Мне… жаль.

— А вот мне нет, не самый худший конец: после отменного обеда, под веселые крики друзей, лицо горит от ветра, и какой здоровенный был тот кабанище, ты бы видела! — Он широко расставил руки. — Из всего можно извлечь урок.

— Даже из смерти?

— Из нее особенно. Очнувшись призраком, я понял, чего ни в коем случае не следовало делать. — Он снова задумчиво провел по щетине.

— Садиться на лошадь пьяным?

— Выходить из дома, не побрившись. Жаль, уже не исправишь. Ты до рассвета собираешься тут торчать или все-таки пойдешь спать?

— Пойду… если вы меня пустите.

Наяву я совершенно не помнила того, что знала во сне.

— Ах да, код. — Атрос встал сбоку и продиктовал комбинацию. Я повторила все в точности, и дверь отворилась.

— Не слишком-то радуйся, принцесса, — предупредил он напоследок. — Завтра я скажу Хорриблу, чтоб внес изменения в запирающее заклятие.

— Даже не собиралась, — пропыхтела я, досадуя, что призрак оказался не так-то прост. — А насчет…

— По поводу ночной прогулки не беспокойся, это будет наш маленький секрет.

Я благодарно кивнула и закрыла дверь. Широко зевнула и побрела к кровати, мысленно уже заворачиваясь в одеяло. Небо за окном начало светлеть, возвещая приближение рассвета. На полпути к цели меня окликнули: «Эй, принцесса!»

* * *

Кажется, я напрочь утратила способность удивляться и пугаться, потому что даже не вздрогнула. Повертела головой, убедилась, что в комнате больше никого и, списав все на усталость, продолжила путь. Но тут голос уже с явной примесью раздражения произнес:

— Я здесь. Нет, еще немного правее.

Я крутанулась на пятках и уставилась на стену, где висела большая картина с изображением пасущихся на лугу овечек и спящего под деревом пастуха. Сейчас животные встревоженно носились по полотну, а в самой гуще стада стояла дракониха с картины в коридоре.