Алая небрежно поправила юбки и вернулась к остальным. Ее встретили восхищением — все, за исключением Седого. Наверное, старик был недоволен, что та без спросу полезла с ласками к его ящеру.

Остаток пути до центрального входа драконы преодолели без приключений. Разряженные и оживленно переговаривающиеся, они походили на обычных гостей, собравшихся на званый ужин. Шествие замыкала шестерка слуг в белых шапочках. Они несли на плечах перекладину, на которой покачивалась, как мне показалось, ванна. Уже начало смеркаться, поэтому видимость оставляла желать лучшего. Но когда свет факелов упал на предмет, я поняла, что это огромный бронзовый котел, покрытый лентами барельефов, а белые шапочки слуг до боли похожи на колпаки поварят.

Прежде чем войти в замок, Алая подняла голову и посмотрела прямо на меня. Уголок рта дернула кривая улыбка, обнажив заостренные золотые зубы. Кроверус, поглощенный только ею, что-то сказал и сделал приглашающий жест в сторону двери. Красавица благосклонно ему кивнула, изящно приподняла подол и шагнула внутрь.

Все это время я стояла, прижавшись к решетке, как зачарованная, не в силах оторваться от происходящего. Когда чары спали, меня охватил леденящий животный ужас.

Появление бронзового котла прояснило, почему Кроверус меня не съел. Просто у драконов принято делиться. Вот он и пригласил соплеменников и свою подружку на праздничный ужин, главное блюдо которого — я.

Лжец-лжец-лжец!

ГЛАВА 18,

в которой я лечу, как ветер

Усилием воли отлепившись от окна, я подбежала к тазу, схватила кружку, оставшуюся после обеда, и зачерпнула вязкое серебристое зелье. Побултыхала и плеснула его на решетку, представляя вместо нее лицо дракона. Раздалось шипение, и прутья, на которые попала жижа, начали прямо на глазах таять, как свечной воск. Я наблюдала, затаив дыхание и подпрыгивая от нетерпения. Получилось или нет? Получилось или нет?

Голоса драконов слышались уже где-то в замке, несколькими этажами ниже.

Еще минута, и три чугунные розы, окончательно размягчившись, превратились в радужную слизь. Тягучие капли потянулись вниз. Я смахнула их полотенцем, снова зачерпнула из таза и обработала следующий участок решетки.

Судя по удаляющимся голосам, гости свернули к обеденной зале.

Я кусала губы, отсчитывая самые долгие в моей жизни шестьдесят секунд. Ничего, до назначенного часа еще целых десять минут, а Кроверус ведь пунктуальный дракон. Он не начнет раньше времени. Пока рассядутся, пока решат, кому ножка, кому шейка…

Следующие четыре розы стекли переливающимися соплями. На этот раз я даже полотенцем протирать не стала. Попыталась высунуться наружу — может, уже достаточно? Голову и руку протиснула, но второе плечо не пролезало — мешали оставшиеся две розы.

Значит, последний взмах, и прощай решетка — зелья хватит тютелька в тютельку. Я погрузила кружку в таз, поелозила по дну, собирая остатки, и тут услышала на лестнице шаги. На лестнице моей башни.

— Принцесса, вы готовы?

Хоррибл.

Рука непроизвольно дернулась, и добрая треть варева выплеснулась на ковер. Оно так и осталось лежать лужицей — действовало только на чугун и было совершенно безвредно для прочих материалов.

Нет времени собирать. Я перепрыгнула через лужу, метнулась к окну и выплеснула остатки на решетку, умоляя розы истаять поскорее.

Шаги остановились прямо за дверью.

— Мы уже тут.

Мы? Кто мы?!

— Ты ее не под венец ведешь, — пробурчал Кроверус.