Сначала задрожал пол. Стеину показалось, что где-то вдалеке началось небольшое землетрясение. А что? Местность-то гористая, скальная.

Потом стало понятно, что дрожат стены замка.

Потом из проёма, куда смотрели с жадным ожиданием вражеские латники и лесные демоны, прыснули во все стороны все, кто там толпился.

Стеин и Туазал переглянулись. Запугивают? Или на самом деле происходит нечто страшное для людей?.. С особенной благодарностью оба Дракона почувствовали, как Открывающие снова стиснули им запястья.

Когда из этого проёма полезла чудовищно громадная тварь, воины замерли.

В каменный вход ломилось чудовище, похожее на слизняка, только полностью защищённое личной бронёй - щитками, как у заморского зверя, которого видел однажды Стеин. Как у броненосца… Камни падали с грохотом под напором чудовищной твари, которая втискивалась в проём и которой бронированные щитки мешали стать более пластичной, чтобы легче втиснуться в неудобное для неё отверстие. Громадную башку обсыпали камни, но тварь завопила не из-за этого неудобства, а из-за того, что, дёрнувшись, она выбила из кладки не только камни, но и пыль, которая и обсыпала ей мутные, полузакрытые слизистыми лже-веками, выпученные круглые глаза.

Тварь продолжала дёргаться, тщетно пытаясь втащить в помещение с воинами и своё тело. Но то не влезало в проём. И тварь снова раздражённо вопила, сотрясая каменные стены… Стеин с ужасом смотрел на чудовище. Втиснись оно сюда, сожрёт всех, на кого ему укажут, или того, кто ей попадётся по дороге.

И, будто подтверждая его предположение, тварь дёрнулась так сильно, что половина тела оказалась в помещении. Не успевшие сбежать из-под носа твари два латника мгновенно исчезли в пасти чудовища, подхваченные его длинным и толстым языком… Впавшего в ступор Стеина вдруг резко стукнули в бок.

- Что? - невидяще уставившись на Антию, спросил он.

- Огонь поможет? - выставив перед собой горящий факел, торопливо спросила Открывающая.

- Не знаю, - медленно ответил младший Дракон.

- Стеин, очнись! - внезапно вмешалась Карина. - Вспомни, что вы делали у Чёрного Хребта, спасая нас! Сделай это, Бога ради! Стеин, сделай!

- А что было у Чёрного Хребта? - спросил где-то в стороне Туазал.

- Ещё один меч! - отстранённо велел младший Дракон, в руки которого, открывая ему силы, вцепились обе женщины, поняв, что он пришёл в себя.

Тварь взревела, натужась выдраться из своеобразного капкана. Но видно было, что она отнюдь не беспомощна. Что ещё немного - и она прорвётся в помещение, где может простым падением на людей-воинов уничтожить их, раздавив собственной тушей.

Стеин встал впереди всей группы, развёл в стороны руки, отягощённые двумя мечами - своим и раненого наёмника. Глубоко внутри он чувствовал нетерпеливое ожидание Туазала. Насторожённость наёмников. Надежду Открывающих.

Острия клинков указали на тварь. А потом мечи скрестились.

- Ложись! - закричала Антия.

И первой бросилась на пол, прикрываясь трофейным щитом, по которому забарабанили ошмётки взорвавшегося чудовища.

Глава двадцать восьмая

Хакон дышал коротко и часто, машинально прижимая ладонь к боку и забывая при этом, что ладонь - в латной рукавице, которая не позволяет плотно закрыть рану. Сидел он на цоколе, достаточно широком и похожем на скамью. Разместился на нём с комфортом, но поджимал ноги: медузообразная туша, врезавшаяся в стену в последнем пароксизме агонии, была опасна и после смерти. Он уже убедился в этом, когда сапог, погружённый в месиво этой твари, внезапно оплыл, и вязкая дрянь коснулась его кожи. Мало того, в этой дряни нашлось и кое-что твёрдое, судя по всему - как это ни удивительно - у твари нашлись костяные жвалы. Нашлись, потому что, пока Хакон пытался погрузить ногу в месиво, чтобы твёрдо встать на ноги, сапог растворялся в ядовитой жиже, а потом его ещё и снизу ударило.